Великая княгиня Елизавета Федоровна. И земная, и небесная

И Сергей, и Элла, и ее младшая сестрица не могли не знать того, о чем судачили все – у Ники еще с прошлого 1892 года было сильное увлечение. Балерина Мариинского театра Матильда Кшесинская красотой лица не блистала, талант тоже не Бог весть какой, всё на вторых ролях, выше которых главный балетмейстер Мариус Петипа ее не пускал. Но, видно, было в ней что-то, что притягивало мужчин и привлекло внимание цесаревича. Маленького роста, что должно было ему льстить, с очень тонкой талией и при этом развитой грудью, подвижная, веселая, раскрепощенная. Роман с Романовым у нее завязался весной 1892 года, хотя знакомы они были еще с 1890 года. Если верить воспоминаниям самой Кшесинской, Николай изначально не обманывал ее, уверяя, что женится. Он говорил о неизбежности династического брака и даже признавался в особых чувствах к принцессе Алисе Гессенской. К чести Матильды Феликсовны, она нашла в себе силы и достоинство написать о своей сопернице и разлучнице: «Мнения могут расходиться насчет роли, сыгранной императрицей во время царствования, но я должна сказать, что в ней наследник нашел себе жену, целиком воспринявшую русскую веру, принципы и устои царской власти, женщину больших душевных качеств и долга. В тяжелые дни испытаний и заключения она была его верной спутницей и опорой и вместе с ним со смирением и редким достоинством встретила смерть». Кшесинская покорно ждала, когда Николай ездил за границу, где могла состояться помолвка, но сватовство затягивалось, и он весело возвращался к ней. Воспоминаниям Матильды, вероятно, можно верить. Хотя бы потому, что написаны они весьма доброжелательно, без стремления доказать, что он любил ее и только ее, а злые люди их разлучили. После рассказа о расставании с Ники она легко говорит о том, как довольно быстро сошлась с великим князем Сергеем Михайловичем, внуком Николая I, племянником Александра II и, соответственно, двоюродным дядей Николая II. Он никогда не был женат и сожительствовал с Кшесинской десять лет. У них родился сын Андрей. В общем, хоть Матильда и страдала от разлуки с Николаем, великой любви между балериной и наследником не было. Кшесинская в своих воспоминаниях даже деликатно не уточняет характера ее отношений с Ники, хотя вряд ли все ограничивалось посиделками до утра, шампанским и одними поцелуями. «Ники отлично сознавал, что мне придется пережить тяжелые времена и пройти через множество испытаний и что без его поддержки я могу стать жертвой всевозможных интриг. А он не хотел, чтобы я из-за него пострадала. Всю свою жизнь я чувствовала его покровительство, и не раз он поддержал и защитил меня, когда меня стремились унизить и оскорбить. Трогательным вниманием со стороны наследника было выраженное им желание, чтобы я осталась жить в том доме, который я нанимала, где он у меня так часто бывал, где мы оба были счастливы. Он купил и подарил мне этот дом».

«Где мы оба были счастливы», – самое интимное, что есть в воспоминаниях балерины.

Здесь можно было бы упомянуть о нашумевшем кинофильме, связанном с этой истории, но фильм настолько пошлый и подлый, что не достойны упоминания ни режиссер, ни название картины.

Вернемся в ноябрь 1893 года. Казалось, все рухнуло, Элла и с нею вместе Сергей в отчаянии, боятся, что теперь Ники «женится без любви на первой попавшейся принцессе». Еще находясь в Париже, они пытались вызвать наследника в Дармштадт на день рождения Эллы, а он тогда ответил, что не приедет, потому что против его поездки выступают родители, на что дядя Сижа писал племяннику: «Дорогой Ники, жена была до того огорчена и возмущена вчерашним твоим ответом на ее письмо, что… считает дело окончательно и бесповоротно конченным в отрицательном смысле… Или у тебя нет характера, ни воли, или же твои чувства совсем изменились, а в таком случае более чем прискорбно, что ты прямо не сказал это жене или мне, когда мы с тобой об этом говорили в августе этого года».

Почему Александр III не хотел женитьбы Ники на сестре Эллы? Возможно, он опасался, что две сестры и обе немки будут женами его брата и сына. Возможно, он боялся гемофилии. Если Сергей мог обойтись без детей, то Николай обязан был произвести потомство. Возможно, имелись у царя и другие задумки насчет женитьбы сына. Но, как бы то ни было, наступление 1894 года никак не предвещало того, что сестрица станет царицей.

На Рождество веселились, дарили подарки. Новый год встретили по заведенному обычаю – после молебна в домовой церкви пожелали всем счастья и в начале первого разошлись. Днем – литургия в храме генерал-губернаторского дворца, завтрак, многочисленные приемы, обед, а вечером Элла устроила катанье на тройках на Воробьевы горы, с которых в наступившей темноте открывался вид на озаренную огнями Москву.