Вячеслав Молотов. От революции до Перестройки.

6 марта Молотов обсуждал совместную позицию на Женевской конференции с китайским послом Чжан Вэньтянем. По Корее можно было бы предложить «германскую модель»: создание общекорейского комитета из представителей Севера и Юга для организации выборов. Если это предложение не будет принято – добиваться вывода иностранных войск и постепенного улучшения экономических и других отношений Севера и Юга. С Вьетнамом сложнее – там войска сторон перемешаны по всей стране. Китайский представитель предложил договориться о разделении Вьетнама по образцу Кореи по 16-й параллели. Он считал, что «это выгодное предложение для Хо Ши Мина, и его следовало бы принять, если оно будет выдвинуто официально». Было понятно, что такой «корейский» сценарий для Вьетнама может привести к долгосрочному разделу страны и возобновлению кровопролитной войны, как это случилось в Корее. Молотов пока не высказался по поводу этого предложения, сославшись на необходимость обсудить вопрос в ЦК КПСС[1280]. В принципе идея разделить Вьетнам по 16-й параллели была выгодна прежде всего Китаю – он получал буфер у своих южных границ. Для Хо Ши Мина это означало отвод своих войск с юга Вьетнама, значительная часть которого контролировалась Вьетминем. Но за это можно было получить крупные города Ханой и Хайфон, компактную территорию для начала строительства социализма и мирную передышку на несколько лет.

Конференция открылась 26 апреля, а 29 апреля Молотов выступил с речью, где обрисовал советский взгляд на процессы в Азии и раскритиковал американских империалистов, которые «приписывают коммунизму всякое движение угнетенных народов к свободе и национальной самостоятельности». Молотов всячески расхваливал роль КНР в предстоящем урегулировании[1281]. Добиться широкомасштабного признания роли КНР было для Молотова важнейшей задачей на конференции, но для этого нужно было добиться ее успеха.

ООН в качестве площадки поиска компромисса все еще вызывает у Молотова большие сомнения: «нельзя не считаться с тем, что Организация Объединенных Наций в силу оказанного на нее давления со стороны некоторых государств, заняла одностороннюю позицию и обнаружила неспособность в урегулировании корейского вопроса»[1282]. ООН даже не выслушала представителей КНДР, в ней не представлена КНР, роль которой в регионе трудно переоценить. При этом США проводят агрессивную политику в отношении КНР. «Они захватили остров Тайвань, сделав хозяином этого острова последышей чанкайшистской клики»[1283]. Как можно поддерживать Чан Кайши после того, как образование КНР произошло, «как известно, по доброй воле китайского народа…»?[1284] Это «как известно» для партнеров по переговорам было лишь свидетельством тенденциозности Молотова – ведь добрая воля не определяется в условиях наступления армий и последующего террора против несогласных с ней.

11 мая Молотов выступил по корейскому вопросу. Он подтвердил, что СССР, КНР и КНДР считают незаконными решения ООН по Корее, так как тогда не было согласия пяти держав[1285]. «В результате ряда незаконных действий со стороны Совета Безопасности и Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций скатилась на положение воюющей стороны в Корее. Фактически флаг ООН здесь был использован лишь для прикрытия американской агрессии. В глазах народов всего мира превращение Организации Объединенных Наций в воюющую сторону во многом принизило авторитет этой международной организации. При создавшемся положении Организация Объединенных Наций лишила себя возможности выступать в качестве беспристрастного международного органа и уже не может выполнять объективных функций в решении корейского вопроса»[1286]. Это подтверждает сам факт проведения Женевской конференции: «Это совещание происходит вне рамок Организации Объединенных Наций и не связано каким-либо решением Генеральной Ассамблеи»[1287]. Для того, чтобы объединить Корею, нужно создать общекорейскую комиссию из представителей двух Корей для подготовки выборов, провести вывод иностранных войск до выборов под международные гарантии от возобновления военных действий[1288].

Но чтобы договариваться о создании комиссии двух Корей, нужно, чтобы стороны были готовы идти на компромиссы. А Молотов смотрел на корейскую ситуацию как на политическое продолжение только что закончившейся войны: победить может либо КНДР, либо проамериканские «полуфашисты»: «И этот полуфашистский режим хотят навязать населению Северной Кореи, знающему, что такое демократические реформы, подъем национальной культуры, благо народной свободы!»[1289] На юге – полуфашисты, а на севере Кореи – демократические реформы. Если альтернатива такова, то вряд ли такие противоположные системы можно объединить с помощью комиссии, состоящей из их представителей – они просто-напросто не смогут договориться.