Внутри секты. Почему люди попадают под влияние культов и можно ли им помочь

О том, что еще учесть при общении с человеком, попавшим в культ, рассказывает семейный психолог, кандидат психологических наук Ирина Камаева:

«Я бы добавила, что есть смысл оценить риски для себя: насколько разрушительным будет мое взаимодействие с этим человеком, да, родным и близким, но… Да, после нескольких попыток спасения супруга или супруги, нужно понять, как это влияет на меня, на разные сферы моей жизни, не начало ли рассыпаться важное – работа, окружение, семья, отношения, здоровье? Я даже крамольную вещь тихонько скажу: родителям попавшего в секту или культ человека хорошо бы посмотреть на других детей. Возможно, и на них это влияет очень серьезно? Оценив степень опасности, можно принять решение о том, в каком формате, в какой степени, в каких сферах сохранять взаимодействие, какие сферы вообще “вынести за скобки”.

Еще один больной вопрос: как донести до этого человека, что допустимо, а что недопустимо по отношению к вам, к близким, к семье? Ведь любые ультиматумы опасны потенциальным разрывом отношений, с одной стороны. А с другой – если такие границы четко не очертить, это может иметь очень плохие последствия.

Например, допустимо ли старшему ребенку, попавшему в секту, приносить материалы домой? А говорить об этом с младшим? И таких вопросов в процессе жизни будет возникать несколько десятков. На них нужно сначала дать ответы себе и затем четко объяснить всем».

Профилактика попадания в секту и критическое мышление

Возможно, большую часть своего времени в качестве социального психолога, который изучает асоциальные группы и помогает людям покинуть деструктивные организации, я трачу на дела, которые можно отнести к профилактике. Куда проще не дать попасть в подобные ситуации и предупредить людей о рисках асоциальных групп, чем организовывать выход из них. И в этом плане профилактика кажется наиболее понятной частью процесса. В начале книги я рассказывал, почему методы социологии не работают с культами, и, как вы догадываетесь, профилактика деятельности деструктивных культов также ограничена разными барьерами, рисками и «но».

Конечно, всегда будет некоторое количество экспертов, которые считают, что их медиа-присутствие в телевизионных передачах и ток-шоу, где они обличают «злодеев из тени», уже есть профилактика деятельности деструктивных культов. И с ними можно согласиться в том, что об опасностях культов можно и нужно говорить, но важен контекст и понимание аудитории.

В нашей стране сформировался довольно странный подход к профилактической работе через публичные выступления перед молодежью. Существует некая глобальная ивент-индустрия, куда «Росмолодежь» и другие ведомства бесконечно заливают деньги. Часть этих расходов связана с государственными политиками в области культуры, пропаганды и других отраслей, и это нормально.

Ненормально считать, что это приведет к необходимым изменениям, так как эти инструменты влияния направлены на уже лояльные аудитории, которые и так хорошо относятся к государству, культурному наследию и традиционным религиям. Среди них мало представителей группы риска и той аудитории, которая ищет истину где-то там. Аудитория «непознанного» не будет обращаться к источникам информации, которые связаны напрямую с традиционными ценностями, религиями и науками. Для них это как минимум скучно.