Военная разведка Японии против России. Противостояние спецслужб на Дальнем Востоке. 1874-1922

Основным для миссий методом сбора данных оставалась агентурная разведка. За шесть месяцев интервенции японцы сумели создать разветвленный агентурный аппарат в ключевых организациях и учреждениях марионеточных белых режимов. Его костяк составляли принятые на японскую службу русские офицеры во главе с уполномоченным Колчака по формированию Дальневосточного украинского войска генерал-лейтенантом Б.Р. Хрещатицким.

Идея вербовки военнослужащих русской армии принадлежала владивостокскому резиденту полковнику Араки Садао. В своем донесении заместителю начальника Генерального штаба от 23 сентября 1918 г. он писал: «Исходя из опыта Первой мировой войны предлагаю временно принять на японскую службу русских офицеров. Не в пример нам, англичане уже зачислили в свой флот Колчака, полковник Родзянко служит под началом Нокса, аналогичные прецеденты созданы французами и американцами в европейской части России […]. Принятые в японскую армию русские офицеры могут по-прежнему носить свою униформу, главное – обеспечить их регулярным жалованьем […], сумма которого колеблется от 1500 рублей для генерал-майора до 500 рублей для капитана. Таким образом сформируется особый слой, который мы сможем использовать для ведения агентурной разведки и официальных переговоров [с русскими властями]»⁴⁶¹.

В октябре того же года начальник Разведуправления санкционировал вербовку русских офицеров, предписав развернуть для руководства ими разведывательный орган в Харбине с отделениями во Владивостоке, Чите и Омске. Первые пять офицеров во главе с Хрещатицким были официально зачислены на японскую службу в декабре 1918 г., хотя фактически начали сотрудничать с Араки значительно раньше. Каждый из них получал фиксированное денежное довольствие, пользовался одинаковыми с японскими офицерами льготами и решал строго очерченный 2-м управлением круг задач: прямо или косвенно содействовать работе японских интервенционистских органов, производить кадровые перемещения в русском правительстве и армии полезных для Японии лиц, собирать информацию о планах представителей Великобритании, США и Китая, подробно изучать ситуацию в верхних эшелонах российской власти, выступать посредниками при разрешении спорных дипломатических вопросов, вести агентурную разведку, поддерживать связь, проводить прояпонскую пропаганду во всех слоях русского общества, в первую очередь среди низшего класса, способствовать экономическому и юридическому закреплению империи в России⁴⁶².

Согласно отчету полковника Араки, к 1 августа 1919 г. им было завербовано уже 27 офицеров и гражданских лиц. Помимо генерал-лейтенанта Б.Р. Хрещатицкого, с японцами сотрудничали начальник оперативного отдела 2-й армии подполковник А.В. Иванов-Дивов, начальник штаба той же армии полковник КК• Акинтиевский, начальник разведки войск охраны КВЖД подполковник В.Н. фон Шаренберг, бывший начальник разведки Иркутского ВО, на тот момент – заместитель начальника отдела военного контроля в Приморье подполковник В.А. Булахов, начальник финансовой части русской армии подполковник «Гурорецкий», бывший адъютант генерала Плешкова, а затем офицер Приамурского кавалерийского полка подполковник А.А. Тихобразов, начальник штаба помощника командующего войсками Приамурского ВО полковник С.А. Зубковский, адъютанты Хрещатицкого капитаны Хрещатицкий, Баруздин и Мельников, военный комендант станции Томск полковник В.С. Рудченко, находившийся в Омске командир отдельной артиллерийской батареи войск охраны КВЖД подполковник П.Д. Макаренко, бывший начальник жандармского отделения Амурской железной дороги, на тот момент – офицер связи при американской армии полковник барон Д.В. фон Корф, офицер связи при Главнокомандующем Вооруженными силами Юга России капитан Янов, офицер связи с украинскими частями подпоручик Горовой, выехавший в Архангельск командир дивизиона бронепоездов ОМО полковник Шелковый, прикомандированный офицером связи к 3-й пехотной дивизии бывший сотрудник МИД правительства Хорвата подпоручик Тибольт, бывший редактор петроградского «Биржевого вестника», а на тот момент внештатный корреспондент газеты «Голос» Нерин, бывший секретарь Гондатти, агент харбинской миссии и сотрудник харбинской торговой выставки Н.И. Ландышев, большая группа украинцев из движения так называемого «Зеленого Клина» – помощник военного прокурора полковник Стецко, командиры агитационных отрядов капитан Бучев (Никольск-Уссурийский), поручик Макаренков (Спасск), Родионов (владивостокское депо), представитель украинского консульства Шерешевский, представитель украинского самоуправления Моф и предприниматель Горовой⁴⁶³.