Войны за становление Российского государства. 1460–1730

Хорошо заметные перемены в стиле правления Петра, произошедшие в 1708–1709 годах, несли с собой определенные риски. Самоизоляция Петра от царского двора и всей придворной политики накладывала на него и его сподвижников серьезные обязательства: они обязаны были добиться успеха в своих начинаниях, чтобы оправдать отказ от прежнего курса. Чтобы избежать раскола в среде своих сторонников и не лишиться их поддержки, Петр задействовал сложные ритуалы [Zitser 2004]. Однако он по-прежнему был убежден в том, что необходимым условием реформирования государства является беспрекословное исполнение его приказов, и жестоко расправлялся со всеми теми, кто, по его мнению, подрывал авторитет его власти.

Первые залпы войны

Несмотря на все усилия Петра, союзники Русского государства по Священной Лиге более не были заинтересованы в продолжении противостояния с Турцией. Однако у молодого царя была и другая цель: сделать то, что не удалось его предшественникам, и возвратить России утерянный после Столбовского мира выход к Балтийскому морю. В результате Петр вступил в новосформированную антишведскую коалицию – Северный союз. Немалую роль в этом решении сыграл близкий Петру по духу Август II, курфюрст Саксонии и новоизбранный король Речи Посполитой. Во главе будущих союзников России по антишведской коалиции – Саксонии, Речи Посполитой и Дании – стояли молодые монархи, которые, как и сам Петр, не застали предыдущую Северную войну. Они полагали, что, несмотря на имеющуюся высокую военную репутацию, Швеция была настолько же истощена, насколько ее новый король, Карл XII, был юн и неопытен233. Когда Священная Римская империя, союзник Русского государства по Священной Лиге, в 1699 году в одностороннем порядке заключила мир с Портой, Россия быстро подписала перемирие с Османской империей сроком на 30 лет, тем самым развязав себе руки для войны со Швецией. Петр принял личное участие в этих дипломатических переговорах.

В Швеции, с которой готовилось начать войну Русское государство, со времен ее славных побед в Тридцатилетней войне произошли важные изменения, затронувшие и ее военную организацию. Хотя сама армия, созданная Густавом Адольфом, по сути оставалась прежней, Карл XI в конце XVII столетия сделал ее структуру более гибкой и эффективной. Ударные полки шведской армии по-прежнему набирались в центральных провинциях Скандинавского полуострова. В мирный период солдаты получали из казны земельные наделы, а во время войны содержание этих полков возлагалось на плечи жителей тех провинций, где они были набраны. Шведы, которые выделяли средства на кавалерию, получали особые налоговые льготы. Это была очень эффективная система, позволявшая стране с бедной аграрной экономикой иметь профессиональную армию, способную отразить нападение извне. Однако ведение длительной кампании, так же как и содержание гарнизонов на дальних границах империи, требовало больших дополнительных расходов. Швеция стремилась завершать свои военные конфликты с соседями как можно быстрее и потому использовала в сражениях крайне агрессивную тактику ведения боя и нанимала иностранных наемников. В конце XVII века шведы много времени и внимания уделяли муштре и военным учениям, но мало воевали. Боеспособность шведской армии росла, и при этом правительство накапливало ресурсы. Однако несмотря на все это, Швеция все равно нуждалась в некоторой помощи со стороны других государств (и получала ее). Когда трон перешел к Карлу XII, хуже всего были защищены именно крепости на востоке Шведской империи [Åberg 1973: 268–278].