Воздушный фронт Первой мировой. Борьба за господство в воздухе на русско-германском фронте (1914—1918)

Одновременно возобновил свои полеты дирижабль LZ-39, вследствие плохой погоды почти два месяца находившийся без боевой работы. Но, видимо, длительный простой сыграл над его экипажем злую шутку. Первый же полет воздушного корабля, состоявшийся 20 декабря 1915 г., стал для него последним. В ходе бомбардировки г. Ровно он подвергся сильному зенитному обстрелу. Находившийся на высоте 2,2 км дирижабль получил множество повреждений. В результате осколочных пробоин воздушное судно потеряло много газа из задних отсеков. Кроме того, у него оборвалась, видимо поврежденная обстрелом, передняя моторная гондола. Экипаж LZ-39 сумел вывести свой корабль из-под огня и совершить вынужденную посадку в районе ст. Лык^[304]. Ввиду того что не было возможности провести на месте ремонт дирижабля, он был разоружен. Вместо него с франко-германского фронта вновь прибыл цеппелин LZ-XII, который только недавно покинул Восточноевропейский театр войны. Но из-за значительной удаленности воздушной базы от линии фронта в течение последующего года ему всего лишь четыре раза удалось долететь до расположения русских войск. Один из его налетов был совершен на железнодорожные станции Столбцы и Лунинец.

Последние месяцы кампании 1915 г. стоили противнику очередных потерь на русско-германском фронте. 24 ноября германский «Альбатрос», атакованный нашими аэропланами, был вынужден «после долгих стараний пробиться и опуститься на озеро. Подоспевшие через час казаки нашли обоих летчиков замерзшими»^[305]. 7 декабря в районе местечка Крево (южнее р. Вилия) ружейным огнем был сбит германский летательный аппарат, а его экипаж пленен. В то же время артиллерийским огнем с наших морских судов был поврежден немецкий гидроаэроплан. Позднее его вместе с экипажем подобрал один из немецких кораблей

^[306]. Через день в результате стрельбы нашей тяжелой артиллерии оказался подбитым германский змейковый аэростат, проводивший воздушную разведку в районе г. Мерцендорф. Воздушный шар загорелся в воздухе, упал и взорвался^[307].

Активно действовала артиллерия на этом участке фронта и против неприятельских самолетов. 23 декабря под шквальный артиллерийский обстрел попали германские аэропланы и привязные аэростаты, которые вскоре вынуждены были удалиться с поля боя. Победа осталась за русскими артиллеристами. Днем ранее австрийский аэроплан, «поднявшийся из Буковины, обстрелянный нашими войсками, был вынужден спуститься на территорию Румынии. Офицеры-летчики арестованы вместе с аппаратом»^[308]

.

Имелись случаи потерь и вследствие так называемого «фактора случайности». В частности, 10 декабря в полосе Юго-Западного фронта сильный порыв ветра отнес в ближний тыл русских частей австрийский самолет-разведчик, совершивший вынужденную посадку, что привело к пленению его экипажа. На северном участке русско-германского фронта в районе местечка Рафаловка нашими передовыми разъездами были захвачены два немецких летательных аппарата, опустившихся на подконтрольную русскими войсками территорию вследствие неполадок с мотором^[309].

В конце декабря немецкая авиация предпринимала многочисленные попытки в полосе Северного фронта достичь Двинска и Риги, однако, в большинстве случаев, ее самолеты попадали под шквальный зенитный огонь и вынуждены были возвращаться в расположение своих войск. На Юго-Западном фронте противник продолжал активно вести воздушную разведку^[310]. Всего в течение месяца было отмечено лишь несколько случаев воздушной бомбардировки наших объектов.

14 декабря германский аэроплан сбросил несколько бомб возле ст. Икскюль^[311]. Через неделю, несмотря на 20-градус-ный мороз, два немецких летательных аппарата прорвались к Риге, подвергнув ее бомбардировке (без «особого вреда»)^[312]. Один из вражеских самолетов, направлявшийся к городу, попал в зону зенитного огня и был вынужден повернуть назад^[313]

.

Одновременно противник стремился активно влиять на снижение морального духа русской действующей армии. В конце декабря 1915 г. в полосе Юго-Западного фронта немецкие и австрийские летчики при организации воздушной разведки постоянно сбрасывали над позициями наших войск прокламации. Последние были «полны фантастических сообщений об успехах немцев о происходящих беспорядках в крупных русских городах. Прокламации призывают русских солдат сдаться на милость германского кайзера, который щедро вознаградит сдавшихся в плен»^[314]. В большинстве случаев неприятельские летчики подвергались зенитному обстрелу со стороны русских частей^[315].

В период кампании 1915 г. заметно возросла степень вооруженной борьбы в воздушном пространстве на линии фронта и в его ближайшем тылу, которая стоила противнику значительных потерь в воздушных силах и средствах. По уточненным данным, в течение года неприятель потерял на русско-германском фронте 102 своих летательных аппарата, из них 12 уничтожено в воздухе, 72 – сбито (подбито) зенитными средствам и 18 – захвачены в качестве трофеев^[316].