Возрождение «Ливерпуля». Инсайдерская история о триумфальном возвращении «красных»

Во время своего второго сезона в Италии, когда «Сампдория» заняла 11-е место в турнирной таблице Серии А, Сунесс – с тех пор как перешел в «Ливерпуль» из «Мидлсбро» в 1978 году – испытывал почти непрерывный успех. За шесть лет в «Ливерпуле» было пять титулов Первого дивизиона, а также три еврокубка и три Кубка Лиги. В Италии он помог вдохновить «Сампдорию» на первый в истории клуба Кубок Италии. До его возвращения в «Ливерпуль» в 1991 году у него было двадцать четыре победных медали за тринадцать сезонов. Понятно, что Сунесс нес с собой то, что он считал рецептом успеха. Италия раскрыла ему глаза в плане, куда направляется профессиональный футбол, и одним из первых решений, которые он предпринял в «Ливерпуле», была попытка изменить пищевые привычки игроков. Последовала предматчевая трапеза из бифштекса с жареной картошкой и послематчевая диета из светлого пива, а затем макароны с овощами и алкоголь в меньшем количестве. Когда он вводил такие же меры в «Рейнджерсе», клуб не выигрывал трофеев уже девять лет, так что было легче убедить игроков, что его метод был правильным. Учитывая, что «Ливерпуль» незадолго до этого был чемпионом Англии – учитывая также, что у опытных игроков были свои привычки и они думали, что лучше всего понимают свои собственные тела и умы, – на Энфилде это был шаг, встреченный сопротивлением. Точно так же, как не помогало то, что Сунесс был заводилой на яркой социальной сцене ливерпульской команды, будучи игроком, заработав себе прозвище «Чарли-шампусик», не помогало и то, что он унаследовал стареющую команду, застрявшую в своих образах действий.

Хотя он планировал построить команду вокруг двух 28-летних парней в лице Джона Барнса и Яна Мёльбю, которых он пытался подписать в «Рейнджерсе», Сунесс считал, что его встретила группа, которая «потеряла свою страсть к «Ливерпулю», что привело его в ярость. Одна из его самых больших ошибок заключалась в том, что он взял на себя ответственность за обсуждение контрактов с Питером Робинсоном, чрезвычайно уважаемым администратором, давно работающим в клубе. Это означало, что у него были такие дискуссии, которых прошлые менеджеры «Ливерпуля» избегали. «Ливерпуль», несмотря на свой успех, был печально известен низкими зарплатами, и это была преднамеренная уловка, начатая Биллом Шенкли, когда Робинсон делал предложения с низким уровнем зарплаты, которые затем позволяли тренеру обещать игроку лучшую сделку, привлекая его на свою сторону с самого начала их отношений. Теперь Сунессу приходилось вести переговоры, и он считал, что любой игрок, который просит больше, может рассматриваться как игрок, который больше заинтересован в зарабатывании денег, чем в игре в футбол.

Сунесс признал, что он был слишком вспыльчивым персонажем, чтобы это играло в его пользу, и всякий раз, когда игрок упоминал о предложениях, сделанных другими клубами, он решал называть их блефом, а не думать о стратегии по набору игроков и замены им. Внезапно он стал покупать под давлением, и впервые за три десятилетия «Ливерпуль» – клуб, у которого долгое время все было так хорошо, часто подписывая контракты за полтора года до того, как игрок регулярно входил в первую команду, – продавал игроков, не задумываясь о том, что будет дальше. Стив МакМахон и Питер Бердсли были влиятельными фигурами в структуре команды Кенни Далглиша в течение почти пяти лет, но в возрасте 30 лет они были первыми, кто покинул команду под руководством Сунесса. Новый босс, возможно, был прав в своем убеждении, что состав нуждается в срочной реконструкции, но тут он двигался слишком быстро, не думая о краткосрочных последствиях или не осознавая, что их потенциал приведет к долгосрочным проблемам.

Вопреки распространенному мнению, Сунесс не отдавал приказа о сносе знаменитой Бутрум – пространства под главной трибуной, где тренеры «Ливерпуля» собирались для обсуждения планов или приглашали сотрудников соперника в дни матчей. Это решение было принято правлением, которое и решило, что необходимо увеличить размер пресс-зала, чтобы справиться с возросшим интересом к футболу по мере того, как началась эра Премьер-лиги.

Но еще одно спорное решение Сунесса также имело корни в быстроменяющейся футбольной среде. Энфилд превратился в туристическую достопримечательность, и из-за большого количества экскурсий Сунесс решил, что вместо того чтобы тренироваться в Мелвуде, а затем сесть на автобус обратно в Энфилд для того, чтобы переодеться – как это было в привычке со времен Шенкли, – «Ливерпуль» должен располагаться на тренировочной базе. Было признано, что эти пятнадцатиминутные автобусные поездки были фактором, способствующим большому чувству товарищества между игроками «Ливерпуля», и из-за этого решения что-то было потеряно навсегда.