Вперед, на Париж! Заграничный поход 1814 г.

Бой за Лавилет имел в ходе общего штурма Парижа особое значение по следующей причине: именно здесь по плану атаки французской столицы должны были соединиться в единый фронт союзные армии. От этого во многом зависел успех натиска на оборонительное кольцо Парижа. События же под Лавилетом и его окрестностями развивались так.

Прусские корпуса генералов-лейтенантов графов Йорка и Клейста приблизились к селению Лавилет где-то в 11 чесов. Левое их крыло примкнуло к Уркскому каналу и соединилось здесь с войсками Главной армии. Правый фланг Силезской армии под начальством графа Ланжерона тянулся к Монмартру. Французы упорствовали в защите Лавилета более четырех часов: местное фортификационное укрепление прусская пехота атаковала долго и безуспешно.

Чтобы прорвать здесь оборону Парижа, граф М.С. Воронцов, корпус которого стоял в резерве у Обервилье, послал к Лавилету сильный отряд генерал-майора Красовского. В его состав вошли: 13‐й и 14‐й егерские, Тульский и Навагинский пехотные и 1‐й Бугский казачьи полки, подкрепленные батарейной ротой подполковника Ванепара.

Действия отряда Красовского у Лавилета «открыла» батарейная рота, став обстреливать картечью позицию французов. После такой артиллерийской подготовки в атаку пошли егеря обоих полков и спешенные «охотники» из числа бугских казаков. Навагинский и Тульский пехотные полки пока оставались в резерве.

Атакующие егеря и казаки, ударив в штыки, смогли без выстрелов овладеть неприятельской батареей. Затем они ворвались в сам Лавилет и повели преследование бежавших французов, не принявших рукопашного боя, до самых парижских ворот Сан-Мартен. Там они получили приказ генерал-майора Красовского остановиться и не врываться в столицу Франции.

Интересен такой факт. 13‐й и 14‐й егерские полки в том бою были в полной парадной форме, поскольку рано утром их известили о намерении фельдмаршала Г.Л. Блюхера провести строевой смотр полкам. Но этого не случилось по причине начавшегося штурма Парижа. Егерские полки шли в победную атаку, в огонь с музыкой, песельниками и под барабанный бой.

Свидетелем этой атаки стал император Александр I, который с высоты наблюдал и любовался храбростью своих атакующих воинов. Он приказал доложить ему имена полков и о причине такого удивительного «щегольства». Государю доложили обо всем, что он хотел знать.

Награды героям боя за Лавилет не заставили себя долго ждать. Уже на следующий день император Александр I прислал по 50 Знаков отличия военного ордена (Георгиевских крестов) в 13‐й и 14‐й егерские полки. 10 солдатских «Егориев» получил 1‐й Бугский казачий полк, и столько же батарейная рота подполковника Ванепара.

Последнего ждала очень высокая награда от лица государя. Храбрый офицер в бою лишился руки, оторванной вражеским ядром. И в чине подполковника (редчайший случай!) Ванепар удостоился военного ордена Святого великомученика и победоносца Георгия 3‐й степени. Обладанием бело-эмалевого креста Святого Григория Победоносца такой степени гордился любой из числа генералитета русской армии. Но далеко не все в жизни имели такие боевые награды.

Бои разгорелись не только в ближних предместьях французской столицы, но и в ее окрестностях. В тот день 18 марта недалеко от Парижа отряд легкой кавалерии (до 7 тысяч всадников) во главе с генералом от кавалерии Фердинандом Федоровичем Винценгероде внезапно напал в лесу на часть наполеоновских войск, прикрывавших город, и «отнял половину конной батареи». В этом бою французы не упорствовали и бежали к близкому Парижу, пополнив ряды его защитников.

Днем союзные войска на всех направлениях вышли непосредственно на ближние подступы к городским кварталам. На командных высотах началась установка хорошо видимых со стороны Парижа сильных артиллерийских батарей. Стволы их орудий были направлены на город. Была произведена короткая «предупредительная» бомбардировка парижских окраин, которая силой своего разрушительного огня не отличалась. То есть ожидаемый французами массированный артиллерийский огонь по Парижу в ходе сражения не велся.

В обеспечении общего штурма парижских укреплений веское слово сказала союзная артиллерия, в первую очередь артиллерия русской армии. Не случайно мемуаристы и исследователи пишут, что в день 18 марта батареи сразившихся сторон не жалели пушечного огня, чтобы добиться желаемого успеха и в атаках, и в обороне. В контрбатарейной борьбе защитники Парижа не отличились: они ее попросту проиграли еще в самом начале приступа.

В последнем большом сражении Войны 1814 года русские артиллеристы «переиграли» своего именитого противника, хотя в ходе артиллерийских дуэлей и понесли немалые потери в людях. Об их доблести лучше всего свидетельствуют многочисленные боевые награды батарейцев за взятие Парижа.