Зачем России Европа? - Избранные статьи

Платить за выход из очередного тупика стране приходилось, разумеется, гигантской ломкой всех привычных стандартов жизни и неисчислимыми людскими потерями. Парадоксально, но виновниками этих потерь в общественном сознании всегда становились вовсе не архитекторы “выпадения”, а реформаторы, такою страшной ценой выводившие страну из очередного исторического тупика. Петр, например, на десятилетия вошел в народный фольклор как “антихрист”, Александр II расплатился за свои реформы жизнью. Что приключилось с репутацией тех, кто вывел страну из духовного оцепенения “бронзового века русского национализма”, мы наблюдаем своими глазами. Если нужны еще доказательства, что по-прежнему живы в России политические последствия революции Грозного, сравните репутацию Сталина с репутацией хотя бы Чубайса.

КАК НАЧИНАЛАСЬ “МУТАЦИЯ”

Читатель понимает, конечно, в чем дело. Вырванная опричной бурей из европейской семьи в свои формативные годы, когда интеграционные процессы в стране были еще предельно уязвимы, Россия вдруг оказалась “опричь” Christendom. Добавьте к этому еще и несчастливые привходящие обстоятельства. То, например, что, в отличие от ее северных соседей, церковная Реформация была в ней после смерти Ивана III насильственно подавлена. В результате земельный голод дворянства был удовлетворен в России не за счет монастырских земель, как во всех других североевропейских государствах, где церковная Реформация удалась, но за счет земель боярских и крестьянских. Этим, собственно, и объясняется политический разгром русской аристократии и тотальное закрепощение крестьянства. Добавьте, далее, что страна оказалась втянутой в продолжавшуюся целое поколение войну против “латинов”. Что подавляющее большинство её населения, крестьянство, было не только обобрано до нитки, но и безнадежно закрепощено (и, стало быть, лишено даже самого первоначального просвещения). Что у руля России после Грозного и Великой Смуты, к которой привела страну его революция, оказалось фундаменталистское иосифлянское духовенство. Представьте всё это и подумайте, могло ли из такой серии обстоятельств возникнуть что-нибудь, кроме “золотого века русского национализма”.