– Черт его знает, – пожал плечами паренек. – И сам понять не могу. Но я держу рот на замке, и тебе тоже советую. Наш мастер – настоящий дьявол. Случись что – сильно пожалеешь. До вас тут тоже работала парочка, болтали налево-направо. Бог знает, что с ними стало. Никогда больше их не видел… Так что лучше не лезть в чужие дела и работать. Деньги платят – и ладно.
– Точно, – многозначительно кивнул инспектор. – Я-то сам не болтлив… Кстати, а не видал ли ты в этом трактире одного джентльмена – в возрасте такой, с водянистыми глазами и очень из себя важный? Его, кажется, зовут Боркинс.
– Судя по описанию, это, скорее всего, Пиггот, – со смешком возразил Дженкинс. – У него еще в приятелях Грязный Джим. Такую кличку ему дали, потому что он делает для Пиггота всю грязную работу. А на самом деле того зовут Доббс. С этим типом лучше дела не иметь.
«Гм-м-м! Грязный Джим, иначе Джим Доббс, – подумал Клик. – Полезная информация. Да и Боркинс, похоже, в этих краях использует другое имя».
На мгновение инспектор замер, нахмурившись. К нему тут же подскочил Доллопс.
– Что-то не так?
Инспектор Клик задумчиво покачал головой.
– Все в порядке, мой мальчик. Просто я задумался.
– До конца смены всего два часа, – шепотом сообщил ему Доллопс. Его глаза на мгновение сверкнули с боевым азартом. – А вечером мы все обсудим.
– Ты прав, стаканчик пива вечером не повредит, – специально погромче сказал Клик, так как в этот момент мимо них проходил мастер. Услышав разговор, он остановился и прислушался. – Хорошо поработаем – хорошо выпьем. После такой работы чувствуешь дьявольскую жажду. Ну а когда мы покажем себя…
– Хватит болтать! – рявкнул мастер.
Он еще несколько секунд стоял у них за спиной, а потом развернулся и двинулся дальше.
Только поздно вечером у Клика появилась возможность спокойно поговорить с Доллопсом. Все фабричные рабочие, как всегда, собрались в «Свинье и свистке».
– Веселый вечерок, – развалился за одним из столиков Клик. – И местечко здесь хорошее. Только народу не протолкнуться. Нет, красавица, что-нибудь покрепче мы будем позже… Пошли, Сэм, проветримся ненадолго?
Доллопс вышел следом за инспектором, и они свернули в темный переулок у самой пристани. Сейчас, поздним вечером, тут было темно, как в угольном мешке. Инспектор Клик посветил по сторонам фонариком.
– Теперь, похоже, мы можем поговорить, – начал Клик, когда шум голосов остался далеко позади.
– Бог мой, сэр! На этой фабрике творятся странные дела, – ответил Доллопс с волнением. – Я тут поговорил с тем парнем, который с черными бакенбардами: попытался напроситься на одну из шхун, ходящих в Бельгию. Но он сказал: «Для того чтобы стать матросом на шхуне, нужно быть особо доверенным человеком». Но я не отставал. В итоге он сдался. «В плаванье вас не возьмут, – говорит, – но приходите к полуночи к причалу, будет одна работка».
– Интересно, – заметил Клик. – Нам и в самом деле стоит там показаться. У тебя все? А я побеседовал с этим тощим Дженкинсом, который работает справа от нас. Хотел вызвать его на откровенность, но он или ничего не знает, или не хочет говорить. Только и твердит, что надо держать язык за зубами. Итак, подытожим, что нам известно. На этой фабрике производят электрический кабель и отправляют свою продукцию в Бельгию.
– Но почему из этого они делают тайну? Вот что непонятно, – пробормотал Доллопс.
– Вот именно, – согласился инспектор Клик, вздохнув. – Но есть старая поговорка: «Нет дыма без огня». Никто не будет так маскироваться и действовать столь странным способом, если рыльце не в пушку. Что, если и Ледяное пламя, и загадочное поведение Боркинса, и убийства – это звенья одной цепи? Постой-ка! Смотри, здесь в ограде проход, и калитка открыта… Пойдем посмотрим, что там.
Картина, что открылась за калиткой, поразила даже Клика, которого удивить чем-то было довольно трудно.
Кто-то тут хорошенько поработал, потому как часть дерна на полянке была снята и отложена в сторону. А в земле виднелся прямоугольный люк, словно вход в пиратское логово, каким его воображают себе маленькие дети. В центре крышки люка располагалось массивное металлическое кольцо.
– Боже! – прошептал инспектор. – Нам придется испытать судьбу, Доллопс, и посмотреть, куда ведет этот ход.
– Но у нас же нет с собой никакого оружия, – нерешительно протянул Доллопс.
– Можешь назвать меня сумасшедшим, но я все же спущусь туда. Ты оставайся тут и в случае чего дай мне сигнал.
Доллопс посмотрел на Клика и возмущенно фыркнул:
– Ни за что! Неужели вы думаете, что я останусь тут, позволив вам одному подвергаться смертельной опасности? Я отправлюсь с вами, не будь я Доллопс!
Тем временем инспектор встал на колени и, взявшись обеими руками за кольцо, изо всех сил потянул его на себя. Легкость, с которой поддалась крышка, оказалась неожиданностью для детектива, и он едва удержался на ногах. Они с Доллопсом осторожно подошли к краю, и во тьме, которую не мог рассеять луч фонарика, они увидели крутую лестницу, уходящую вниз. Из глубины не доносилось никаких звуков.