Загадка Ледяного пламени

– Гм-м-м. Уже кое-что. Конечно, можно было бы его арестовать и попытаться выяснить, что здесь происходит, но тогда, без сомнения, ему удастся многое скрыть. Нет уж, лучше сначала все разузнать самим, а потом хорошенько прижать его. Вот и калитка… Кстати, должен сказать, что в этот раз на прогулку я прихватил с собой револьвер.

Инспектор перелез через калитку, присел, словно выжидая, что его окликнет невидимый наблюдатель. Когда никто не поднял тревоги, детектив понял, что остался незамеченным, махнул Доллопсу, а сам быстро пробежал к тому месту, где располагался люк. Но того не было и следа.

– Хитрые дьяволы! – сердито заметил Клик. – Придется включить фонарь. Только не направляй луч света вдаль – свети только себе под ноги. Так мы станем хоть отчасти менее приметны.

Минуту или две они ползали по траве на коленях. Наконец, ловко подцепив кусок дерна, Клик приподнял его, как коврик, и под ним обнаружилось то, что они искали. Аккуратно сняв дерн и положив рядом на траву, инспектор с помощником уставились на темный квадрат крышки люка. Пошарив пальцами в темноте, Клик нащупал задвижку, сдвинул ее, а потом, ухватившись за кольцо, осторожно потянул на себя.

С минуту вглядывались сыщики в темные глубины подземного лабиринта. Наконец, вздохнув, инспектор вручил фонарик Доллопсу.

– Ты будешь светить, а я подправлять схему, – объяснил он, запустив руку в карман в поисках авторучки и записной книжки.

В подземелье было тихо, как в могиле. Очевидно, никто не заходил сюда уже несколько дней после ночи погрузки и разгрузки. Это давало сыщикам шанс выяснить все, что они хотели. И они собирались использовать этот шанс по полной. Свернув в ближайший боковой проход, они через несколько десятков ярдов натолкнулись на небольшую нишу с мешками, точно такими же, как у входа в лабиринт. Клик потыкал один из них пальцем, потом, чуть поколебавшись, достал перочинный нож, разрезал грубую мешковину, сунул в дыру пальцы.

На его лице сначала отразилось недоверие, а потом оно вытянулось от удивления.

– Ничего себе! – протянул он. – Прямо Клондайк какой-то! Что ж, Доллопс… Похоже, скоро я раскрою часть этой тайны. А тогда я смогу ухватиться за ниточку и развязать весь узелок… Продолжим наши изыскания.

Они двинулись дальше, стараясь ступать по-возможности осторожно, то и дело замирая и прислушиваясь: не идет ли кто? Какое-то время они бродили, восстанавливая свой первоначальный маршрут, а потом неожиданно оказались в другой части лабиринта – с грубыми каменными стенами. Через несколько шагов они подошли к искусно вырезанной каменной лестнице, которая вела к люку из темного дуба.

– Что за черт… – начал было инспектор Клик и остановился.

Доллопс в недоумении застыл рядом.

– Странно, сэр, – начал он после того, как пауза чересчур затянулась. – Это напоминает старые подземелья вроде тех, которыми могли пользоваться король Карл, Кровавая Мэри[7] или кто другой из знаменитостей, которых сейчас можно увидеть разве что в музее мадам Тюссо[8].

– Не совсем в точку, но ты мыслишь в правильном направлении… – заметил инспектор Клик, улыбнувшись. Он все еще стоял и в свете фонарика рассматривал дубовый люк. – Должно быть, все эти подземные ходы рыли не один год и начали это делать довольно давно. На то, чтобы создать такой лабиринт, требуется очень много времени. Но тогда эта лестница должна вести в некий старинный дом. И единственный подходящий дом в окрестностях… Думаю, мы распутаем этот клубок еще до того, как рассветет.

Быстро поднявшись по отполированной веками лестнице, инспектор Клик провел пальцами по дубовой панели, пытаясь нащупать потайной механизм, открывающий люк.

– Если это и в самом деле старинный потайной ход, то люк непременно должен открываться и с этой стороны, так чтобы человек мог выйти из дома и вернуться, когда захочет. Кажется, вот здесь есть выемка. Посвети сюда, Доллопс. Давай-ка надавим посильнее… Ну вот, чудо свершилось!

Дверь сдвинулась в сторону, инспектор и его спутник заглянули в комнату, освещенную единственным газовым рожком. Когда инспектор сделал шаг вперед и внимательно огляделся, он понял, что находится в уже знакомой ему кухонной кладовой.

Вернувшись, он коснулся выступа на деревянной панели слева. Что-то щелкнуло, и дверь скользнула на свое место. Клик повернулся к Доллопсу. На губах его играла торжествующая улыбка.

– Мерритон-Тауэрс! – пробормотал он. – Мерритон-Тауэрс! Если выяснится, что молодому Мерритону известно о подземелье, то против него могут выдвинуть еще более тяжелое обвинение… Человек, который ведет такую закулисную игру, судя по всему, пойдет до конца. Надо же, Мерритон-Тауэрс!

Клик замолчал и неожиданно помрачнел.

– Сэр, если я не ошибаюсь, это кухонная кладовая? – спросил Доллопс с таким трепетом, словно всем сердцем думал только о том, как защитить молодого Найджела Мерритона. – Если так, то подозрения теперь лягут скорее не на сэра Найджела, а на дворецкого. Ведь он-то не мог не знать про подземный ход. К тому же, как мне кажется, Мерритон, в отличие от Боркинса, очень редко заглядывает на кухню.