Загадка Ледяного пламени

– Однажды он заглянул на фабрику, и кто-то крикнул: «Осторожно! Босс идет!» Забавно, что днем он был одним из официальных хозяев фабрики, а ночью – неофициальным. Я удивился, когда увидел его, потому что к тому времени мы уже обнаружили ход, ведущий в Витерсби-Холл, и, если честно, ожидал совершенно другого человека. Тогда я еще не знал, что Джонатан Брент и Брелье одно и то же лицо. После этого я не стал тратить время впустую. Мы быстро подобрали «ключики» к другим участникам этого предприятия, чтобы потом без всяких хлопот передать их заботам Скотленд-Ярда. Сейчас они уже арестовали всех, кто заправлял фабрикой, и начали расследование. Кстати, очень надеюсь, что они приберегут для меня моего друга – Черные Бакенбарды. У меня к нему есть одно дело! Собственно, он и есть причина моего опоздания на слушанье дела. Как вы понимаете, я не мог покинуть Солтфлит, не проследив, чтобы этого поганца заковали в кандалы.

Судья кивнул.

– Итак, вы утверждаете, что Боркинс виновен?

– Так же как и главарь этой банды, – ответил инспектор Клик. – Боркинс в припадке злобы решил оклеветать своего хозяина, обвинив в убийстве Дакра Уинни. Вы видели главную улику обвинения?

Инспектор вытащил из кармана маленький револьвер и протянул его судье.

– Точно такой же, как тот, что принадлежит сэру Найджелу, – сказал он, стараясь, чтобы голос его звучал ровно.

– Да, то же самое клеймо производителя. Мисс Брелье уже показывала нам его.

– Совершенно верно. Она сообщила, что хранила его в ящике своего секретера, запертым вместе с ценными бумагами. Но она месяцами не проверяла, лежит ли он на своем месте. Она отперла ящик, только когда сэра Найджела обвинили в убийстве. Зная, что у ее жениха точно такой же револьвер, она достала и осмотрела оружие. Одной пули не хватало! Этого оказалось достаточно, чтобы возбудить ее любопытство. Когда я подверг сомнению историю с псом, то попросил у нее револьвер и показал коронеру. Но потом девушка призналась мне, что так и не смогла вспомнить, чтобы ее дядя говорил о том, что пристрелил пса именно из этого револьвера. Маленькая деталь, но очень важная.

– И вы говорите, что все это подстроил Боркинс, чтобы во всем обвинили сэра Найджела Мерритона, так, мистер Клик? – поинтересовался судья.

– Я говорю, что мистер Уинни был убит из точно такого же револьвера, как тот, что вы держите в руках, ваша честь. А то, почему Боркинс так ненавидел своего хозяина, – отдельная долгая история, и сейчас, на мой взгляд, не время углубляться в то, как дворецкий подслушивал у дверей и как у него родился коварный план. Достаточно знать, что он присутствовал при ссоре сэра Найджела и мистера Уинни. Поэтому, когда стало известно, что Дакр Уинни, сильно выпив, отправился на болота, чтобы разгадать загадку Ледяного пламени, у Боркинса сложился план мести. Он знал о том, что у его хозяина есть револьвер, и о том, что ночью, ложась спать, тот прячет его под подушкой. Он знал и о револьвере мисс Брелье. Именно поэтому той ночью он использовал именно его, а не обычный револьвер одного из охранников Брелье, которые, без сомнения, пристрелили бедного Коллинза. Так что рекомендую задержать его сразу после слушанья. Я предполагаю, что дворецкий, как только Уинни ушел, бегом бросился к потайному ходу в кладовой – в это помещение редко заглядывали другие слуги – и вскоре был в Витерсби-Холле. Его хозяин помог ему осуществить коварный план. Все остальное и так понятно. Встретив Боркинса на болотах, Дакр Уинни узнал его и потому без опаски подпустил к себе вплотную. Это позволило негодяю выстрелить несчастному в висок буквально в упор. Так бедный Дакр Уинни принял смерть от пули, выпущенной из револьвера, который, по всеобщему мнению, в это время лежал в секретере Антуанетты Брелье. Место, где они изначально зарыли тела Уинни и Коллинза, мы так и не нашли, но это всего лишь дело времени. Уверен, что их принесли на то место, где мы – я и суперинтендант Нэком – их обнаружили, когда вышли, чтобы обследовать болота. Думаю, экспертиза подтвердит, что пуля, убившая мистера Уинни, выпущена из револьвера Антуанетты Брелье. Это был заговор против сэра Найджела Мерритона. Причем устроенный столь хитроумно, что на предварительном слушанье мистеру Мерритону было вынесено обвинение.

Инспектор Клик повернулся к Боркинсу, который стоял сгорбившись, прикусив нижнюю губу и нервно сжимая руки. Дворецкий встретился взглядом с инспектором. Он словно хотел что-то сказать, но так и не смог выдавить из себя ни единого слова.

– Вы подтверждаете слова мистера Клика? – обратился к нему судья.

На лице Боркинса выступили пурпурно-красные пятна. В какой-то миг стало казаться – вот-вот, и его хватит апоплексический удар.

– Да! И я проклинаю вас всех! Да! – его голос, казалось, источал яд. – Именно так я все и сделал… Хотя один Бог знает, как этот лис все вынюхал! Но игра закончена… и больше мне сказать нечего!