Читаем Женщины в России, 1700–2000 полностью

Кроме того, отражая чувствительность к социальным проблемам, издавна отличавшую образованных женщин, Союз работал над созданием альянсов, способных преодолеть социальные различия, по-прежнему отделявшие привилегированных россиян от рабочего класса, и поощрял женщин из низшего класса говорить самим за себя. В Петербурге члены Союза помогли работницам сформулировать протест против исключения женщин из комиссии Шидловского. На своей первой конференции Союз предложил «трудящимся женщинам» сформулировать собственные требования и обязался поддерживать их, надеясь тем самым преодолеть недоверие, которое женщины низшего класса «неизбежно» питали к требованиям, высказываемым за них другими[130]. Феминистские требования включали в себя законы о социальном обеспечении, защите и страховке для работниц. Отмена регулирования проституции стала феминистским требованием в 1905 году. Феминистки также пытались обратиться к крестьянкам, которые, как и крестьянские мужчины, в 1905–1907 годах стали гораздо воинственнее и агрессивнее, хотя по-прежнему проявляли эти качества в основном на благо семьи и общины. Феминистки вошли в Крестьянский союз и убедили его принять пункт о женском избирательном праве[131].

Попытки феминисток расширить свою социальную базу принесли некоторые плоды. Служанки Москвы и Санкт-Петербурга вступали в профсоюзы, организованные феминистками, и посещали клубы, финансируемые феминистками. Фабричные работницы подписывали петиции за предоставление женщинам избирательного права. Сформировался ряд женских крестьянских групп, и несколько петиций, подписанных мужчинами-крестьянами, включали требование избирательного права для женщин. В 1906 году крестьянки Тверской и Воронежской губерний направили петиции во вновь избранный законодательный орган — Думу, где выдвигали независимые требования для себя политических прав, недавно предоставленных их мужьям, и опровергая господствовавший стереотип о крестьянках как об отсталых и безгласных.

Оспаривая утверждение крестьянского депутата Думы, что крестьянки не заинтересованы в праве голоса, 55 воронежских женщин подписали письмо, в котором говорилось о том, что, пока в Думе нет женщин-депутатов, мужчинам неоткуда знать об их настроениях. Он говорит, что крестьянкам не нужны права — а их он спросил? Крестьянки Воронежской губернии, утверждалось в письме, прекрасно понимают, что права и земля нужны им не меньше, чем мужчинам[132].

И все же 1905 год почти не принес феминисткам весомых политических достижений. Безусловно, предоставление гражданских прав, пусть и ограниченных, давало больше возможностей для организации. В 1904 году врач Мария Покровская начала издавать феминистский «Женский вестник», который в 1905 году неустанно пропагандировал права женщин и продолжал издаваться до 1917 года. Были и другие феминистские газеты, хотя им удалось продержаться не столь долго. Кроме того, революция стала переломным моментом в истории женского образования. Учебный план высших женских курсов расширился, и в 1906–1910 годах во многих губернских городах открылись новые женские курсы. Был также основан ряд частных университетов с совместным обучением, которые предлагали новые учебные программы и факультативы. Прием студенток рос в геометрической прогрессии: в 1900–1901 годах в высшие учебные заведения России поступило 2588 студенток; к 1915–1916 годам их число составляло 44 017 человек. Однако статус женского образования оставался зыбким, а возможности продвижения в карьере были по-прежнему ограничены, что приводило к огромному разрыву между уровнем образования и возможностями трудоустройства[133].

Перейти на страницу:

Все книги серии Современная западная русистика / Contemporary Western Rusistika

Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст
Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст

В этой книге исследователи из США, Франции, Германии и Великобритании рассматривают ГУЛАГ как особый исторический и культурный феномен. Советская лагерная система предстает в большом разнообразии ее конкретных проявлений и сопоставляется с подобными системами разных стран и эпох – от Индии и Африки в XIX столетии до Германии и Северной Кореи в XX веке. Читатели смогут ознакомиться с историями заключенных и охранников, узнают, как была организована система распределения продовольствия, окунутся в визуальную историю лагерей и убедятся в том, что ГУЛАГ имеет не только глубокие исторические истоки и множественные типологические параллели, но и долгосрочные последствия. Помещая советскую лагерную систему в широкий исторический, географический и культурный контекст, авторы этой книги представляют русскому читателю новый, сторонний взгляд на множество социальных, юридических, нравственных и иных явлений советской жизни, тем самым открывая новые горизонты для осмысления истории XX века.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов , Сборник статей

Альтернативные науки и научные теории / Зарубежная публицистика / Документальное
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века

Технологическое отставание России ко второй половине XIX века стало очевидным: максимально наглядно это было продемонстрировано ходом и итогами Крымской войны. В поисках вариантов быстрой модернизации оружейной промышленности – и армии в целом – власти империи обратились ко многим производителям современных образцов пехотного оружия, но ключевую роль в обновлении российской военной сферы сыграло сотрудничество с американскими производителями. Книга Джозефа Брэдли повествует о трудных, не всегда успешных, но в конечном счете продуктивных взаимоотношениях американских и российских оружейников и исторической роли, которую сыграло это партнерство.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Джозеф Брэдли

Публицистика / Документальное

Похожие книги

Масса и власть
Масса и власть

«Масса и власть» (1960) — крупнейшее сочинение Э. Канетти, над которым он работал в течение тридцати лет. В определенном смысле оно продолжает труды французского врача и социолога Густава Лебона «Психология масс» и испанского философа Хосе Ортега-и-Гассета «Восстание масс», исследующие социальные, психологические, политические и философские аспекты поведения и роли масс в функционировании общества. Однако, в отличие от этих авторов, Э. Канетти рассматривал проблему массы в ее диалектической взаимосвязи и обусловленности с проблемой власти. В этом смысле сочинение Канетти имеет гораздо больше точек соприкосновения с исследованием Зигмунда Фрейда «Психология масс и анализ Я», в котором ученый обращает внимание на роль вождя в формировании массы и поступательный процесс отождествления большой группой людей своего Я с образом лидера. Однако в отличие от З. Фрейда, главным образом исследующего действие психического механизма в отдельной личности, обусловливающее ее «растворение» в массе, Канетти прежде всего интересует проблема функционирования власти и поведения масс как своеобразных, извечно повторяющихся примитивных форм защиты от смерти, в равной мере постоянно довлеющей как над власть имущими, так и людьми, объединенными в массе.

Элиас Канетти

История / Обществознание, социология / Политика / Образование и наука
Просвещение продолжается. В защиту разума, науки, гуманизма и прогресса
Просвещение продолжается. В защиту разума, науки, гуманизма и прогресса

Если вам кажется, что мир катится в пропасть, оглянитесь вокруг. Люди теперь живут дольше, они здоровее, свободнее и счастливее, чем когда бы то ни было. В захватывающем дух обзоре состояния человечества в третьем тысячелетии психолог и популяризатор науки Стивен Пинкер призывает нас отвлечься от сенсационных заголовков новостей и катастрофических предсказаний, которые так ловко играют на свойственных нашему мышлению когнитивных искажениях. Вместо этого он предлагает обратиться к цифрам и с помощью семи десятков поразительных графиков демонстрирует невиданный прогресс не только Запада, но и всего мира во всех областях, от здоровья и благосостояния до безопасности, мира и прав человека.Этот прогресс – не случайность и не результат действия внешних сил. Это дар современному миру от деятелей Просвещения, которые первыми додумались, что знания можно использовать во имя процветания всего человечества. Идеи Просвещения – вовсе не наивные мечтания. Наоборот, они сработали – и это неоспоримый факт. Тем не менее именно сейчас эти идеи особенно нуждаются в нашей защите, поскольку противостоят характерным недостаткам человеческой природы – трайбализму, авторитаризму, демонизации чужаков и магическому мышлению, – которые так нравится эксплуатировать современным демагогам. Да, стоящие перед человечеством проблемы огромны, но все они решаемы, если мы, продолжая дело Просвещения, используем для этого разум, доверяем науке и руководствуемся идеалами гуманизма.ОсобенностиБолее 70 графиков из почти всех областей человеческой жизни.Для когоДля поклонников Стивена Пинкера. Для всех, кто интересуется природой человека. Для тех, кто верит в прогресс, и для тех, кто в нем сомневается.

Стивен Пинкер

Обществознание, социология / Зарубежная публицистика / Документальное