Жребий Пастыря. Жизнь и церковное служение патриарха Московского и всея Руси Тихона (Белавина). 1865–1925

– Ну, что ж договорились: «без речей за пределами службы». Мое согласие в телефонограмме к Вам увидите, сейчас пришлем, дописываю в текст ваше условие… «с тем, чтобы патриарх Тихон никаких речей не произносил». Если сочтете нужным дать письменные пояснения, заранее благодарю.

Ф.Э. Дзержинский, председатель

ВЧК-ГПУ. 1920-е

[РГАСПИ]

М.И. Калинин, председатель

ВЦИК. 1920-е

[РГАСПИ]

Одним из тех, кто предлагал свое видение трансформации государственной политики в сфере религии, был нарком просвещения А.В. Луначарский. В декабре 1920 г. он направил председателю Совнаркома В.И. Ленину несколько личных писем о необходимости и возможности изменений в политике партии и государства в религиозном вопросе. Содержавшиеся в них идеи в какой-то мере были обусловлены сближением наркома с бывшим архиепископом Владимиром (Путятой), лишенным сана Собором епископов в апреле 1918 г. за «попрание канонических норм». Встречи с Путятой, с которым нарком был знаком еще с дореволюционных времен, всколыхнули в нем давние богоискательские настроения; породили предположение о возможности диалога партии и церкви; надежды на то, что можно при неофициальной поддержке Путяты и его сторонников «опрокинуть Тихона и привести к признанию со стороны церкви принципов: 1) Богоустановленности советской власти; 2) Правильности принципа отделения церкви от государства; 3) Полного согласования коммунистического идеала с истинным христианством»[299].

А.В. Луначарский, нарком по просвещению. 1920-е

[РГАСПИ]

Сообщая об этом, Луначарский желал получить от вождя пусть и не официальное, но одобрение своих контактов с Владимиром и разрешение на продолжение их «приватных бесед» ради «информирования о происходящем в церкви брожении».

Прекрасно зная увлекающийся характер Луначарского, Ленин решил посоветоваться с председателем ВЧК Ф.Э. Дзержинским и заведующим «ликвидационным» отделом Наркомюста П.А. Красиковым. Но ни тот, ни другой не поддержали почина Луначарского.

Дзержинский прислал Ленину доклады заведующих отделами, которые в своей непосредственной деятельности сталкивались с духовенством, верующими-активистами. А в сопроводительной записке к ним написал: «Считаю, что официально или полуофициально иметь с попами дело не следует. Выйдет только компрометация».

Красиков также не поддержал идеи сближения власти и какой бы то ни было церкви. Дал он и резкую отповедь личности Владимира, у которого, по его мнению, «нет за душой ничего, и никакой новой церкви он не представляет, никакого бунта против Тихоновской церкви поднимать не осмеливается, а просто желает восстановления себя в сане епископа, из коего извержен за довольно неприличные для епископа деяния… Способствовать созданию хотя бы бутафорской реформации считаю невыгодным для революции и предпочитаю непричесанного русского попа, совершенно дискредитированного всем прошлым, причесанному Путяте, прошедшему иезуитскую школу»[300].

Письмо А. В. Луначарского В. И. Ленину о деятельности архиепископа Владимира (Путяты). 30 ноября 1920

[РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 1.Д. 16341. Л. 1–1 об.]

Письмо Ф.Э. Дзержинского В.И. Ленину относительно предложений А.В. Луначарского о контактах с православными иерархами. 6 декабря 1920

[РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 1.Д. 16341. Л. 2]