Золотые правила серебряного возраста. Полное руководство по всем видам физической активности для людей 60+

Процесс старения напоминает состояние гормональной недостаточности: в старости у обоих полов присутствует недостаточность андрогенов, но их снижение у мужчин и женщин происходит по-разному в течение их жизни. Явление эндокринного старения (менопаузы у женщин и первичного гипогонадизма у мужчин) – это обязательный адаптивный механизм нашего вида, который включается, если человек живет достаточно долго – столько, сколько он не жил в своей эволюции в условиях дикой природы. Влияние на старение человека воздействием гормонов – это метод, возможно, с самой большой прагматичной составляющей из всего имеющегося на сегодня спектра воздействий, но он подходит не всем. А вот физическая активность в этом случае может существенно помочь, так как именно она находится в тесном взаимоотношении с гормональным фоном.

Процесс старения напоминает состояние гормональной недостаточности: в старости у обоих полов присутствует недостаточность андрогенов. Но если воздействие на старение человека с помощью гормонов подходит не всем, то физическая активность в этом случае может существенно помочь, так как именно она находится в тесном взаимоотношении с гормональным фоном.

Я не советую людям после 60 лет использовать любые фармакологические препараты без конкретных персонализированных рекомендаций врача, лучше спортивного врача и/или врача-гериатра. Важно помнить, что чем выше возраст спортсмена, тем выше риски неудовлетворенности формой своего тела, а значит, выше и риски использования фармацевтических препаратов off-label.

Глава 19 Спортивное долголетие на фоне метформина, глюкагоноподобного пептида-1 и статинов

Все, кто интересуется темой старения, слышали про такое явление, как феномен (или лимит, предел) Хейфлика, названный по имени его автора – американского геронтолога Леонарда Хейфлика. Обычно говорят, что это про старение клеток, но на самом деле все несколько не так. Начнем с того, как же выглядит этот феномен: берут клетки, например, фибробласты кожи человека или золотистого хомячка, и размещают их на питательном растворе в специальной лабораторной посуде из прозрачного пластика, которая напоминает тарелочку, и накрывают крышкой (ее называют чашкой Петри). Клетки начинают делиться, а когда эти клетки займут всю поверхность на питательном растворе, деление прекращается. Затем этот монослой клеток механически делят пополам, и они, эти самые клетки, снова достигают краев чашки. И если исследуется молодой человек, то так будет раз 50, а если старик, то раз 15. А потом, когда этот лимит Хейфлика будет исчерпан, клеточное деление прекращается.

Идею, объясняющую в том числе и феномен Леонарда Хейфлика, предложил А. М. Оловников в 1971 году. Затем американцы успешно подтвердили эту гипотезу концевой недорепликации, за что и получили Нобелевскую премию в 2009 году. Они не позвали автора гипотезы получать премию и, возможно, даже умолчали бы с удовольствием о том, что это не их идея, но я не об этом… Я хочу сказать следующее. Первое: между делениями этих клеток, когда человеческая рука механически удалит половину из них, могут пройти сутки, месяц или год… и ничего не изменится: они будут так же делиться, сколько и положено у особи данного вида и возраста. Да, этот лимит зависит и от вида особи: у мышей он меньше, у слонов больше. Второе, и это самое главное: важно понять, что большая часть клеток человека от рождения и до окончания его жизни вообще не делится, они или всю жизнь с нами с самого рождения, или происходят из неких предшественников, которых называют стволовыми клетками.

Кроме того, наши клетки находятся в условиях не воздуха, а нашего тела, где уровень кислорода намного ниже, чем даже в альвеолах наших легких. Кроме того, организм человека – это не клетки, не сумма разных клеток или даже тканей, все гораздо сложнее. Кроме всего прочего, на нашем теле и даже внутри него находится огромное количество (и речь идет о триллионах!) вирусов, бактерий, грибов, археев… У всего этого мира также есть свои геномы, и все это взаимодействует, постоянно влияя друг на друга. Я привел этот пример, чтобы напомнить, что очевидное часто становится невероятным.

Так бывает и с лекарственными препаратами, доказательность которых уже настолько очевидна, что никто не обращает внимания на то, что король-то голый! Я говорю о препарате, который используется как геропротектор без какой-либо доказательной базы, он называется метформин.