Будда прав, а Фрейд – нет. Современная нейрофизиология и древние психотехники для победы над депрессией, тревогой и эмоциональным выгоранием

Большинство очевидным образом согласно, что они в моменте сейчас и маленький человек, которого однажды назвали тем же именем и фамилией – разные личности. Вы сейчас и вы в трехлетнем возрасте – два разных существа. А вы нынешний и вы год назад? Учение Будды в этом вопросе попадает в самую крайность: сознание не существует непрерывно, а возникает в каждый момент, в каждое мгновение вместе с каждой новой минимальной единицей опыта – дхаммой. Мгновение назад вас не было, затем вы возникли чтобы осознать, как капнула капля дождя или проскочила грусть, и вот вас уже нет, чтобы через мгновение возникло новое сознание.

Таким видят себя и мир буддийские просветленные. Для них все возникает, исчезает и снова возникает. Нет ничего постоянного, нет ничего своего, нет ничего, за что мог бы зацепиться ум. Все они описывают свой опыт единообразно, понимают друг друга однозначно, и у них не возникает споров на этот счет. Похоже, речь идет о внутренне присущем свойстве ума каждого человека, а не наработанном навыке, не так ли?

И действительно, все продвинутые практики осознанности утверждают, что такое возникающе-исчезающее восприятие им как бы открылось – в их уме всегда все было именно так, просто с какого-то момента внимание стало настолько мощным, что восприятие прояснилось, пробудилось, просветлело.

Дэниэл Ингрэм, арахат, утверждает: «Ум медитирующего ускоряется все больше и больше, и реальность начинает восприниматься как частицы или тонкие вибрации ума и материи, каждая из которых возникает и исчезает с огромной скоростью… с этого момента появляется гораздо более прямое и неконцептуальное понимание трех характеристик»[27] («Не-Я», страдание, изменчивость – прим. автора).

Джек Корнфилд, цитируя Махаси Саядо, который много исследовал феномен на себе и своих студентах: «Психические состояния и материя все время очень быстро возникают и отпадают. Этот процесс совершается с такой скоростью, что мы не в состоянии воспринять отдельные возникновения и исчезновения психических состояний и материи; таким образом, состояния психики и материя кажутся нам постоянными. Именно так непрерывность скрывает непостоянство. Для иллюстрации этого положения возьмем пример кинофильма. Хотя на экране нам является непрерывное движение, оно не бывает проекцией только одной картины, а фактически на экран проецируются сотни таких картин»[28].

Из текста «Милиндапаньха», Книга II: «Великий царь, подобно тому, как поток воды кажется непрерывным, так и возникновение, и исчезновение дхамм происходит так, что, когда одна возникает, другая исчезает, соединяясь без промежутка».

Господствующая в нейронауке теория утверждает, что сознание каждый раз как бы создается заново, динамически, под текущие задачи. Продвинутые медитаторы утверждают, что могут наблюдать этот процесс внутренним взором, как все возникает и исчезает. Но мы с вами видим и мир, и свои процессы ума как непрерывные, неразрывные. Что именно формирует эту иллюзию непрерывности? Что соединяет, сцепляет кусочки опыта между собой, делая это настолько хорошо, что в обычной жизни мы не видим границ между «кадрами»?

Что за клей, за цемент такой? Будда называет его «цеплянием за „Я”». Он говорил, что страдание возникает из-за того, что в уме постоянно существует желание, чтобы все пять совокупностей всегда взаимодействовали одинаковым образом – для того чтобы «Я», сконструированное из них, оставалось неизменным, причем неизменно хорошим, приятным.

«Что такое пять совокупностей, подверженные цеплянию? Любой вид формы (рупа) – прошлой, настоящей, будущей, внутренней или внешней, грубой или утонченной, низшей или возвышенной, далекой или близкой – которая запятнана (tainted) и к которой можно прицепиться: вот что называется совокупностью формы, подверженной цеплянию. Любой вид чувства… Любой вид восприятия… Любой вид формаций ума… Любой вид сознания – прошлого, настоящего, будущего, внутреннего или внешнего, грубого или утонченного, низшего или возвышенного, далекого или близкого – которое запятнано и к которому можно прицепиться: вот что называется совокупностью сознания, подверженной цеплянию» (SN 22.48).

Форма безличностна. Если бы форма была бы «я», то эта форма не приводила бы к недугу и была бы возможность повелевать формой: «Пусть моя форма будет такой. Пусть моя форма не будет такой» (вы не сможете воспринимать мягкое как твердое просто по желанию – прим. ред.). Но поскольку форма безличностна, форма приводит к недугу и нет возможности повелевать формой: «Пусть моя форма будет такой. Пусть моя форма не будет такой». Чувство безличностно… Восприятие безличностно… Санкары безличностны… Сознание безличностно. Если бы сознание было бы «я», то сознание не приводило бы к недугу и была бы возможность повелевать сознанием: «Пусть мое сознание будет таким. Пусть оно не будет таким». Но поскольку сознание безличностно, сознание приводит к недугу и нет возможности повелевать сознанием: «Пусть мое сознание будет таким. Пусть оно не будет таким» (SN 22.59).