Поначалу счастье кружит голову. Если раньше у вас ничего не было (даже если окружающие думали, что было все: красота, успех, материальное благополучие, на самом деле у вас не было нормального отдыха, сна, полноценного дыхания, телесного спокойствия). Впоследствии, когда агрессия наконец прекращается, жертве токсичности требуется время для адаптации, и депрессивная пустота может стать признаком того, что происходит работа горя, переживается утрата прежнего «Я». Запустить этот процесс может исполненная детская мечта: вы смогли добиться признания в общественной среде (артистической, профессиональной…), вступили в брак с человеком доброжелательным и заинтересованным в вас и вашем благополучии.
Приготовьтесь к переживанию приступов сильной депрессии, во время которых вы будете терять свою защиту, будто сбрасывать кожу – вам придется пережить утрату иллюзий. Эти иллюзии тешили вас надеждой, что если вы сохраните прежние отношения, то получите в крайнем случае немного поддержки и любви. Увы, такого никогда не будет.
Только отдав кесарю кесарево, то есть предоставив ребенку, которым вы были, полное отпущение грехов и вернув «обязанности на место, то есть на плечи родителей», как считает Сьюзен Форвард, и я, как терапевт, с ней полностью согласна, человек способен отделиться от родительского дискурса и начать исцеление ран, пересадку изуродованных или недоразвитых частей собственного «Я» (в первую очередь, эмоций), и двигаться в сторону собственной свободной идентичности.
Наша идентичность и наша личность формируются в ближайшем окружении, в семье. Но было бы ошибкой думать, что это формирование происходит исключительно в процессе взаимодействия с родительскими образами.
Наше место среди братьев и сестер и наши отношения с ними – или же статус единственного ребенка – служат важными факторами в формировании принципов наших отношений с другими людьми. Отношения между родителями и наши с ними отношения влияют также и на наши отношения с братьями и сестрами, а братско-сестринские отношения сказываются так или иначе на наших представлениях о себе, социальных навыках и выборе партнера.
Совершенно не обязательно пережить насилие от одного или нескольких братьев или сестер, чтобы наша личность получила глубокую отметину в ходе формирования наших отношений с «похожим и одновременно другим» человеком. После смерти родителей вполне вероятны войны за наследство, возрождение конфликтов, вытесненных в детстве, ревности, связанной с родительским вниманием, борьбы за признание собственной идентичности.
Путь к зрелости от первичного хаоса к умиротворяющей индивидуализации далеко не безоблачен. Еще со времен мифа об Изиде и Осирисе, истории Золушки, притчи об Авеле и Каине человечество стремилось нейтрализовать угрозу или чувство опасности, исходящие от этих «первых других» в нашей жизни.
Тем не менее привязанность и поддержка этих других нам очень помогает порой, и иногда в значительной степени формирует, помогая противостоять разным жизненным опасностям.
Иногда рядом с дисфункциональными родителями один из детей становится ребенком-симптомом. Он в большей степени, чем братья и сестры, выражает проблемы семьи – трудности, нарушения системы питания – или переживает ставшие привычными для всех провокации, тем самым одновременно подавая сигнал тревоги и пытаясь отвлечь внимание, например, чтобы воссоединить родителей на грани развода.
Напротив, если родители выполняли свои обязанности небрежно или недостаточно присутствовали в жизни ребенка, брат или сестра могут стать опорой для обретения личности. Это может как помочь спасти ситуацию (старший брат выступает защитником младшего, если отец отсутствует или болен) так и, напротив, усилить конфликт (у старшей сестры может возникнуть чувство, что у нее украли детство и сделали маленькой мамой, заменяющей мать, занятую последующими беременностями).