Они повторяют: «Что меня нервирует, ну что же меня нервирует, это непереносимо» – и потом: «Я никогда не смогу, я никогда не смогу, я никогда не смогу». Таким образом, вы теряете ценные секунды, погружаясь в стресс. Ну ладно – если это доставляет вам удовольствие, то все нормально; но если вам кажется, что так вы лишаетесь душевного спокойствия и упускаете возможность существовать безмятежно, оказавшись в эмоциональной зависимости, то пришло время избавиться от беличьего колеса.
– Сконцентрируйтесь на той стороне жизни, эмоции или ситуации, которую вы хотите проработать.
– Дышите глубоко, ничто не должно вас отвлекать. Скажите себе: «Хорошо, я погружаюсь в себя, я хочу вытащить это на свет».
– Если же вы решитесь взглянуть на гнев, засевший у вас внутри, представьте, что вы сидите у себя дома и приглашаете свой гнев поговорить. Вы больше не боитесь, не избегаете его, не презираете и не стремитесь угодить.
– Вы предлагаете ему присесть и заявляете: «Ладно, мы не слишком часто говорили друг с другом, но я вижу, что ты хотел бы занять больше места. Кто ты? Откуда ты пришел? Когда ты успел так вырасти? О гнев мой, что же тебя взрастило?
– Как только негативные мысли и эмоции будут визуализированы, выйдут на свет божий, спросите их, что они могут предложить вам хорошего.
Этап согласия или отвержения. Некоторые называют этот процесс признанием. Я же предпочитаю говорить о согласии, поскольку принятие для многих ассоциируется с покорностью. Речь идет вовсе не о том, чтобы покориться судьбе, подчиниться ей. Чтобы измениться, взрастить что-либо или кого-либо – хоть ребенка, – надо сначала доброжелательно встретиться с тем, что есть.
Если вы отвергаете хотя бы один процент себя самого, вы создаете внутреннего врага. Он будет проявляться в соматических заболеваниях, нарушениях пищевого поведения, агрессии и неудачах. Нужно любить и принимать, но не соглашаться с тем, что хочешь изменить. Вы любите своего ребенка, но это не значит, что вы не будете настаивать, чтобы он научился ходить, а потом просить, а не хватать без спросу или плакать. Но если вы отвергаете хотя бы один процент личности вашего ребенка, вы препятствуете тому, чтобы он стал искренним и твердым. Вы сделаете из него неуверенного, пугливого человека, обречете его на манипуляции.
С вашими внутренними переживаниями происходит нечто подобное. Следовательно, «основная функция осознанности – понимать, а не бороться», по выражению Тхить Нят Ханя. Как бы это ни было сложно, нужно стать единым целым с тем, что мы хотим понять и принять.
Можно, конечно, продолжить страдать и подпитывать негатив с помощью избегания и компенсации, которые просто неспособны принести удовлетворение. На самом деле они неизменно будут средствами, связанными с этим самым страданием, ответами на страдание, то есть реакциями на переживания в прошлом, а не на ваши сегодняшние действия в сегодняшнем мире.
Не сожалейте о прошлом. Сегодня ваш мир намного богаче, чем вчера, иначе просто не бывает, какие бы утраты вы ни пережили.
Загвоздка в том, что на самом деле мы и не хотим освобождаться от страдания. Мы хотим сохранить нашу обиду, печаль, разочарование или презрение. Ведь так мы извлекаем выгоду из того, что стали такими «умудренными жизнью» – уверенными, что любви не существует, что все мужчины или женщины как на подбор заслуживают презрения, жаждут быть соблазненными, а потом покинутыми. Или, наоборот, превратившись в «тонко чувствующих» существ без кожи, мы получаем удобный предлог ничего не делать, постоянно жаловаться, жалеть самого себя и продолжать жить с тем, кто причинил нам зло.
Тем не менее расставание с близкими и обрыв энергетических каналов, которые нас с ними связывают (обида, подчиненное положение и т. д.), кажутся необычайно трудными, потому что мы – млекопитающие, живые существа, выживание которых зависит от уз привязанности. Именно поэтому мы должны пустить корни в себе самом, найти опору в чем-то ином, чем токсичное прошлое, каким бы родным и привычным оно ни было. Последствия привычки тем разрушительнее, чем сильнее сформированные нейронные связи.