Читаем До боли смешно. Скелеты в шкафу и в карьере молодого земского врача полностью

До боли смешно. Скелеты в шкафу и в карьере молодого земского врача

В зимнее время добавлялись лыжи или сноуборд, в летнее их место занимал велосипед, ролики, сапборд и мяч. И переносной мангал. И набор отверток. И обеденный сервиз на двенадцать персон.

Мужчин вид моего багажника приводил в ужас, подруги завистливо оценивали его размеры и цокали языком.

Во время учебы в университете расписание пар составлялось хаотично. Деканат мало заботится об удобствах студентов, поэтому пары были в разных больницах. В течение дня мы могли объехать до четырех клинических баз. Причем удаленность друг от друга и транспортная доступность никак не влияли на продолжительность перерыва между занятиями. Передвигались на маршрутках, трамваях, автобусах. Ели там же. Готовились к зачетам на ходу.

Когда на третьем курсе у меня появилась машина, радовались этому все одногруппники. В нее набивалось до пяти человек. Мои вялые сопротивления по поводу отсутствия опыта и незнания города ни на кого не действовали.

– Лучше попасть в аварию в комфортной машине, чем задохнуться в вонючем пазике, – отвечали подруги и заваливались на заднее сиденье с пакетами с книгами и халатами, чтобы я точно не могла их оттуда выковырнуть.

В пробках учили зачеты, пели песни, флиртовали с водителями соседних машин и ели.

– Разольете кофе на сиденье, поедем дружно в химчистку!

Все хихикали и ели с удвоенной скоростью, чтобы я не заметила.

В первое время вождение давалось с трудом. Это был «опель-седан», слишком огромный для моего мизерного опыта. И слишком неповоротливый, чтобы я могла контролировать габариты.

Однажды, разворачиваясь в неудобном проезде около главного здания университета и сдавая задним ходом, я въехала в таксиста. Об этой истории я узнала много лет спустя. Но свидетелями были половина моего потока.

Разворачиваясь за три захода, я сдала в дверь такси и, моргнув на прощание габаритными огнями, уехала. Таксист, пожилой грустный армянин, вышел из автомобиля, покачал головой, сплюнул и сказал с характерным акцентом:

– Козел!

На что мои милые сокурсники в голос заржали и, давясь от смеха, выговорили:

– Не, коза!

Таксист поцокал, послюнявив палец, потер царапину и, махнув рукой, сел обратно ждать пассажиров.

А еще говорят, что таксисты неприятные люди. Неприятней женщин за рулем.

В первый год моей автомобильной практики на многострадальном «опеле» я попала в аварию.

Опаздывая на пары, опять въехала в таксиста. Удар был сильным, его машину откинуло на несколько метров вперед и развернуло.

На удивление, при всем при этом его машина пострадала не сильно, разбит был только бампер. Что стало с моей, не хотелось даже смотреть. Я так и не вышла до приезда папы. Пока мы ждали, я сидела на заднем сиденье и рыдала. Навзрыд. С заламыванием рук, обещаниями больше никогда не садиться за руль и вопросами: «Почему я?!» Пожилой таксист сидел рядом и успокаивал. Потом успокаивали сотрудники ГИБДД. Потом папа. Потом мастер в автомастерской. Машину починили за ночь.

Стоит ли говорить, что гонки на работу не могли остаться незамеченными сотрудниками дорожной полиции. В очередной раз, когда мое опоздание переходило все допустимые пределы, меня остановил гаишник.

Я приготовилась к длительному и обстоятельному рассказу, что я врач, спасаю людей, что именно сегодня увижу у пациентов, в подробностях и красках, взывая к совести сотрудника. Попутно выясняя, не болит ли спина у него или его родственников. Он меня прервал:

– А вы в курсе, что у вас колесо спущено?

Конечно, я была не в курсе. Но что делать с этим новым знанием, не представляла. Отбуксировав машину глубже на обочину, он позвал напарника и водителя остановленной передо мной машины.

Не задавая вопросов, лишь озадаченно крякнув, увидев в багажнике разобранный велосипед, один из полицейских достал запасное колесо. Второй в это время, подняв на домкрате машину, менял пробитое. А я развлекала их рассказами о больнице. Они жили в этом районе, знали, что у них появился новый невролог и что это я. Маму одного из них я лечила, причем весьма успешно.

Зато выражения лиц проезжающих мимо водителей были бесценны. Несколько человек останавливались и предлагали помощь.

Напоив меня на прощание кофе из термоса, сотрудники ГИБДД проводили до машины, и я поехала на работу. С этими полицейскими я еще не раз встречалась. На дороге они махали мне рукой, а привозя на освидетельствование очередного пьяного водителя, травили байки и угощали семечками.