Добровольцы и ополченцы в военной организации Советского государства. 1917—1945 гг.

При зачислении частей ополчения, истребительных батальонов и иных военизированных формирований в кадр Красной армии – а это рано или поздно происходило со многими военизированными добровольческими формированиями – возникала новая правовая ситуация: ополченцы, бойцы истребительных батальонов и прочие становились кадровыми военнослужащими. На них и членов их семей распространялись меры социального обеспечения и защиты, положенные по званию и должности военнослужащего. Однако отныне они должны были получать и денежное содержание рядового красноармейца – те самые 17 рублей в месяц. Известно, что в отношении некоторых московских «летних» дивизий народного ополчения после их переформирования 26 августа 1941 г. по штатам сокращенной стрелковой дивизии из штаба 24-й армии было «получено указание об отмене зарплаты [по месту работы] и переводе личного состава на оплату, установленную для личного состава Красной армии» (6-я дивизия народного ополчения Москвы)[801]. Такое решение было логично и законно. Однако c его выполнением тянули, возможно, и потому, что это неизбежно вызвало бы недовольство среди ополченцев. Процитированный выше документ был составлен 13 сентября 1941 г., и к этому времени работы по переводу ополченцев на новые денежные оклады еще не начались. Впрочем, возможно, что в армиях, полностью состоявших из дивизий народного ополчения, эта мера реализовывалась быстрее.

Свидетельств тому, что предприятия и учреждения продолжали выплату заработной платы даже после зачисления добровольческих формирований в кадр Красной армии, немало. Выплаты ополченцам «летних» дивизий народного ополчения продолжались и после разгрома войск Западного и Резервного фронта, когда большинство дивизий оказались в окружении, а многие ополченцы пропали без вести. Например, сохранился датированный 19 ноября 1941 г. официальный именной список на 232 работников Всероссийской сельскохозяйственной выставки (ВСХВ), «находящихся в рядах народного ополчения, МПВО и истребительных батальонах, которым выплачивается зарплата»[802]. Между тем 140-я стрелковая дивизия (бывшая 13-я Московская дивизия народного ополчения Ростокинского района), в составе которой служили все работники ВСХВ, еще в начале октября понесла невосполнимые потери и в декабре 1941 г. была расформирована[803]. Благодаря общей неразберихе выплаты могли продолжаться даже после юридического оформления факта гибели ополченца. Имелись и случаи прямого мошенничества. Например, женщина получала пенсию за погибшего мужа-ополченца в размере 240 рублей в месяц, одновременно до 1 апреля 1942 г. получая за него и зарплату в размере 868 рублей[804].

В этом контексте стоит также привести приказание штаба 5-й Московской стрелковой дивизии («осеннего» формирования) от 20 декабря 1941 г., ссылавшегося на соответствующее вышестоящее командование: «Объявить для исполнения и руководства следующее указание командующего войсками Московского округа от 19.12.1941 г. № 0326: впредь, до решения Государственного Комитета Обороны мобилизованным военнообязанным рабочих отрядов, отрядов коммунистов и комсомольцев и истребительных отрядов, переданных на укомплектование 3, 4 и 5-й Московских стрелковых дивизий, – выплату содержания по месту гражданской работы производить на тех же основаниях, как и во время нахождения в указанных отрядах, до передачи их в дивизии»[805].

Как видно, положение с выплатами добровольцам военизированных формирований чрезвычайно запуталось. Во второй половине ноября 1941 г. в ситуацию пришлось вмешаться властям. 23 ноября 1941 г. на заседании бюро Московского комитета и Московского городского комитета ВКП(б), в котором приняли участие первые лица московской власти – первый и второй секретари МК и МГК ВКП(б) А.С. Щербаков и Г.М. Попов, председатель Моссовета В.П. Пронин и др., – специально обсуждался вопрос выплат бойцам народного ополчения, истребительных батальонов, рабочих батальонов, отрядов истребителей танков и бойцам МПВО, в связи с тем что после эвакуации из Москвы части предприятий, а также ликвидации другой части «выплата среднемесячной заработной платы значительному количеству семей бойцов вышеуказанных подразделений прекращена»[806]. Судя по приложенному расчету, речь шла как о «летних» дивизиях народного ополчения (которые давно были зачислены в кадр Красной армии и частично уже погибли в Вяземском котле), так и об «осенних» – стрелковых дивизиях, сформированных из рабочих и истребительных батальонов.