Джамьянг Кхьенце Чокьи Лодро. Жизнь и эпоха

Кхьенце Чокьи Лодро был наделён всеми теми же качествами, что и упоминаемые в сутрах махаяны бодхисаттвы, которые никогда не возвращаются в сансару. Он обрёл плод пути ваджраяны – напрямую и косвенно, что описывается в его биографии внутреннего и тайного уровней. Поэтому в его восприятии всё сущее проявлялось как бескрайняя чистая мандала божеств. Силой достижения окончательного плода активности, подкрепляющей реализацию, он достиг уровне не-учения-более.

Далее я кратко расскажу о том, как Кхьенце Чокьи Лодро осуществлял активность, подкрепляющую реализацию, и к чему это привело.

В учениях по медитации стадии завершения великих тантр сарма и ньингма, которые находятся в полном согласии между собой, сказано, что перед тем, как достичь окончательного плода, практикующий должен освободить и себя самого, и мандалу всех существ, трансформировав их в ваджрную семью херуки. Метод, который помогает этого достичь, называется «активность, подкрепляющая реализацию», и для его практики необходима помощь супруги мудрости, предначертанной йидамами и гуру. Кхьенце Чокьи Лодро достиг этого этапа пути. Об этом говорилось в предсказании, записанном предыдущим Владыкой Гуру в форме ваджрной песни:

Песня кукушки[298] в бамбуковой роще Мон, что на юге,Льётся, подобно мелодии вины с востока, где до сих пор ещё танцуют дакини.

Приходи же, стань моей партнёршей, погорюй со мной, помоги окрепнуть ростку, пробившемуся летом.Как восхитительно переживание цветения лотоса!

Эти слова являются прямым предсказанием событий жизни следующего воплощения Владыки Гуру.

Началось всё с того, что Кхьенце Чокьи Лодро даровал передачу цикла «Собрание садхан» Дагчену из Сакья Пхунцог Пходранга и его сыновьям. Когда он даровал уполномочивающие благословения на цикл «Три белых божества», на нём было белое одеяние, а поскольку он только что вышел из длительного ретрита, волосы его были довольно длинными.

Я тогда напомнил ему, что, если следовать поведению тайной мантраяны, будет более благоприятно одеться в белое. Тогда он поделился с тупицей, которому довелось оказаться рядом с ним, рассказом о чистом видении, проявившемся в его уме мудрости. В этом видении он встретил Шри Херуку Намкха Джигме, который выражал свою искреннюю заботу о нём, лупя его по голове да приговаривая, что пришло время отправляться паломником по незнакомым местам и вести себя так, как полагается тому, кто практикует осознавание. В тот же самый день Кхьенце Чокьи Лодро получил от некоего херуки две бронзовые статуи Гуру Ринпоче. Все эти события, по его мнению, способствовали установлению благоприятных обстоятельств.

Я также поднёс ему песню устремления к реализации херуки и осуществлению соответствующих активностей, что способствовало бы его собственному благу. Он был очень рад и читал песню снова и снова, обмолвившись, что всё то же самое было предсказано самим До Кхьенце Еше Дордже. Это означало, что он был способен вспоминать подробности своей жизни, когда был ещё До Кхьенце. И точно так же, как и До Кхьенце, он зародил устремление осуществлять активности практикующего мантраяну, получив предсказания йидамов и гуру-видьядхар в чистых видениях.

Что касается знаков, указывающих на растворение элементов – нади, праны и бинду, – знаков осуществления, означающих завершение внутреннего пути, то к сорока годам тело Кхьенце Чокьи Лодро порой сотрясали сильнейшие судороги, и это было заметно для всех внешних наблюдателей. Даже когда судороги прекращались, он потом ещё некоторое время был не способен разговаривать, причём иногда это могло длиться довольно долго. Такие приступы могли происходить по несколько раз в день. Более того, когда он был серьёзно болен, его моча и кал оставались чистыми, что указывало на то, что он достиг высших бхуми и путей. В то же время его моча и кал отклонялись от нормы, когда его здоровье было в порядке, что указывало на то, что элементы ветра, желчи, слизи и остальные были разбалансированы. Когда элементы его тела выходили из состояния равновесия, никакие лекарства ему не помогали. Его драгоценное тело[299] неожиданно приходило на некоторое время в норму по утрам и вечерам, но ни один врач был не способен объяснить, от какой именно он страдал болезни, и это всех сбивало с толку.

В конце концов доктора диагностировали дриб лунг, или «препятствия ветра», и назначили курс медикаментозного лечения, который был совмещён с рядом ритуалов долгой жизни. Но никаких улучшений после этого не последовало, и стало ясно, что пришло время приступить к активностям, подкрепляющим реализацию.

Кхьенце Чокьи Лодро сказал об этом следующим образом: