Генерал В. А. Сухомлинов. Военный министр эпохи Великой войны

Естественно, что «экзаменовка» командующих фронтами в будущей войне была только предлогом. Хотя некоторые участники предстоящего мероприятия действительно переживали за свое положение. Например, тот же командующий Киевским военным округом генерал Иванов заподозрил Сухомлинова в том, что он, используя военную игру, хочет начать сводить свои личные счеты с командующими войсками⁵¹⁶. Истинным же поводом для отмены мероприятия послужило то, что великий князь никогда не бывал на предвоенных франко-русских конференциях и совещаниях и не был осведомляем о выдвинутых на них вопросах. Сам Николай Николаевич, помимо боязни в выказывании своей военной некомпетентности, даже не пожелал отменить ради проведения игры запланированную большую охоту в Скерневицком лесу⁵¹⁷.

Это был сильный удар по авторитету военного министра и Главного управления Генерального штаба. Сухомлинов, поставленный в неловкое положение, подал в отставку, которая, однако, не была принята Николаем II. Для «соблюдения престижа» министра игра была заменена совещанием командующих военными округами под его председательством – по текущим военным вопросам⁵¹⁸.

Срыв военной игры, безусловно, сыграл самую негативную роль в подготовке высшего командного состава к полномасштабной общеевропейской войне⁵¹⁹. Кстати говоря, этой самой войны Сухомлинов, в отличие от великого князя, не желал, явно понимая, что отставание русской военной машины от австро-германской коалиции весьма велико и многое из задуманного еще предстоит осуществить. В последние годы перед войной он делал все возможное, чтобы свести влияние Николая Николаевича (на которого и ориентировались сторонники войны против Германии) на императора до минимальной степени. В свое время П.А. Столыпин говорил о великом князе: «Удивительно он резок, упрям и бездарен, все его стремления направлены только к войне, что при его безграничной ненависти к Германии очень опасно. Понять, что нам нужен сейчас только мир и спокойное дружное строительство, он не желает и на все мои доводы резко отвечает грубостями. Не будь миролюбия государя, он многое мог бы погубить»⁵²⁰.

Впоследствии В.А. Сухомлинов вспоминал: «С той поры, как государь убедился, в какую пропасть своим военным дилетантством вел дело его дядя Николай Николаевич, доверие его величества ко мне было настолько велико, что во всех военных вопросах – до самого начала войны – мое мнение оказывалось решающим. Николай Николаевич до войны утратил настолько свое влияние на государя, что неспособен был создавать мне серьезные, непосредственные затруднения»⁵²¹. Ему действительно удалось добиться устранения от военного управления великого князя, однако до конца побороть его он не мог. Враждебность Николая Николаевича была особенно опасна не только потому, что он принадлежал к императорской фамилии, но и благодаря его широким связям и многочисленным сторонникам в офицерском корпусе. Когда разразилась Первая мировая война и Николай Николаевич был отправлен на фронт в качестве Верховного главнокомандующего, он стал еще более грозным противником.

* * *

Но первая действительно серьезная попытка по устранению Сухомлинова с поста произошла в 1912 г. Угроза последовала оттуда, откуда он ее меньше всего ожидал, – со стороны своего ближайшего помощника по министерству – генерала А.А. Поливанова. Об этом факте биограф военного министра пишет завуалированно, не вдаваясь в детали и подробности, так как вследствие широкого общественного резонанса эта история долго еще не могла утихнуть и бросала тень на личность военного министра. «Ему лично пришлось вынести серьезную кампанию, направленную против него со стороны очень влиятельных лиц и групп… были пущены в ход все усилия, чтобы удалить Сухомлинова от власти. Но кампания эта тогда не удалась», – отмечает Думбадзе⁵²².

Изначально Сухомлинова устраивал его помощник. В этой должности Поливанов находился с 1906 г. и имел большой опыт работы со всеми тремя Государственными думами, Советом государственной обороны и Государственным советом. Военный министр надеялся, что посредническая деятельность Поливанова под его управлением будет только благоприятно сказываться на ходе напряженной работы. «Отстаивая интересы вверенного мне ведомства, – объяснял Сухомлинов, – приходилось иногда преодолевать препятствия не без обострения отношений с некоторыми лицами, с которыми мой помощник обязательно сводил дружбу»⁵²³. Став министром, Сухомлинов не только оставил его в должности, но с высочайшего соизволения назначил своим ближайшим сотрудником по делу снабжения армии всеми видами довольствия и вооружения, предоставив самые широкие полномочия.