И все-таки она плоская! Удивительная наука о том, как меняются убеждения, верования и мнения

Под давлением окружающего хаоса мы приобрели способность поступать правильно в ситуации, когда то, что раньше было правильным, изменилось. Раньше правильным было то, что сохраняло жизнь в суровой дикой природе. Но сегодня трудно определить, что правильно, а что нет. Наша культура предлагает нам множество вариантов. А потому люди группируются вокруг множества популярных, но подчас альтернативных представлений. Но когда при необходимости быстро измениться нам нужно прийти к согласию, у нас как у группы есть возможность это сделать благодаря опыту наших предков, научившихся приспосабливаться к меняющейся среде.

Благодаря нашим постепенно улучшающимся инструментам, как психическим, так и физическим, мы заселили планету, включая регионы, которые плохо подходят для нашего медленно эволюционирующего тела. Но там, где мы осели, мы выжили и благоденствуем. За это время то, что раньше считалось правильным, стало неправильным. Социальные изменения дали нам возможность это понять и быстро адаптироваться как личностям. Благодаря этой адаптации мы приобрели культуру и научились быстро менять коллективное мышление в масштабах всего общества, когда понимаем, что наши нормы вредны, ошибочны, опасны или неправильны. Изменение мышления стало нашей величайшей силой как вида.

* * *

«Наша культура меняется вследствие изменений окружающей среды», – объяснила психолог Лесли Ньюсон.

Но когда окружающая среда меняется, разные члены одного и того же сообщества могут по-разному на это реагировать, отдавая предпочтение разным идеям о том, как действовать в изменившейся обстановке. А потому реакция всей культуры в целом на те или иные изменения часто запаздывает. Изменения в культуре обычно отстают, иногда надолго. Эти изменения в любом случае неизбежны, но они могут занять даже несколько поколений. Но есть и случаи, когда это происходит в течение одной жизни.

Когда экономическое развитие, последовавшее за промышленной революцией, перевернуло вверх дном социальные структуры и институты, которые не менялись в течение сотен лет, жители Запада перешли от фермерских хозяйств к фабричной работе. Люди начали ездить на работу в город или переселяться на фабрики. Города становились все больше и сложнее. Люди стали больше общаться с друзьями, коллегами и другими жителями города, чем со своими родственниками. Соответственно семья уже не оказывала на них прежнего влияния. И вместе с этим появилась свобода менять свое мнение, не опасаясь последствий. До этого люди жили в сообществах, где были крепки традиции больших семей. Эти традиции передавались через старших членов семьи. Наличие большой семьи было крайне важно для выживания. Это была культурная норма, позволяющая совместно преодолевать все трудности фермерской жизни.

«Эти традиции заставляли людей верить, что нравственный человек должен считать интересы своей семьи не менее, а то и более важными, чем свои собственные», – пояснила Ньюсон.

В течение следующих 150 лет нормы, касающиеся брака и воспитания детей, резко изменились. В девятнадцатом веке жители Запада, расставшись со своими фермами, начали отказываться от убеждения в том, что большие семьи являются незыблемой нравственной нормой. А в двадцатом веке брак и вовсе перестал быть в первую очередь средством продолжения рода – главными целями семьи стали любовь и счастье. По словам Ньюсон, как только смыслом брака стала любовь, представления о подходящем супруге претерпели внезапные и быстрые изменения в масштабах всей культуры.

Исследование, проведенное в Висконсинском университете в 1939 году, показало, что мужчины тогда ставили «взаимное влечение и любовь» на четвертое место среди преимуществ, которые они хотят получить от брака, а женщины – на пятое место[184]. Самая главная черта характера? Женщины ответили, что ждут от своих партнеров «надежности», а мужчины хотели «эмоциональной стабильности». Но когда то же самое исследование повторно провели в 1977 году, «взаимное влечение и любовь» поднялись на первое место как у мужчин, так и у женщин. На такое существенное изменение требований к браку ушло около тридцати восьми лет. Это привело к еще одному изменению в установках и убеждениях, а значит, и в нормах. Когда влечение и любовь стали самыми важными причинами для сохранения брака, люди начали рассматривать потерю этих чувств как разумное оправдание для развода. Во второй половине двадцатого века количество распавшихся первых браков в Соединенных Штатах резко возросло[185]. Но к 2016 году этот показатель пошел на спад, потому что теперь люди с самого начала стремились вступать в брак по любви, чтобы после не сожалеть, что когда-то не сделали этого. Иногда, когда норма меняется быстро, она способна сначала разрушить устоявшуюся структуру, но затем воссоздать ее заново.