Я чувствую выгорание. Как вернуть утраченную энергию и снова начать получать удовольствие от жизни

7. Состояние, при котором вы действуете в обход стратегического и логического мышления, называется угоном мозга. В этом случае вами управляют ваши бессознательные, глубинные страхи.

8. Чем больше страх, тем ярче внутри разгорается внутренний конфликт двух состояний: «Я хочу, но не делаю, потому что страшно сделать не так и получить осуждение». На фоне бездействия вырабатывается кортизол – гормон реакции на стресс, гормон ожидания ужаса.

9. В состоянии прокрастинации вы не способны вывести кортизол из своей кровеносной системы, и он начинает разрушать нейроны гиппокампа. В результате вы попадаете в каскад прямого подкрепления.

10. Из-за разрушения нейронов гиппокампа начинают страдать когнитивные функции, прежде всего память и способность к обучению. Психоэмоциональное напряжение, созданное внутренним конфликтом, может даже привести вас к болезни. И точно приведет к выгоранию.

Вот и получается, что ваша задача, с одной стороны, – сбросить с себя груз огромной ответственности за результат, к которой вас приучили в детстве. А с другой стороны – примирить две свои конфликтующие части: рептильный страх и жажду исследовать новое.

Но бороться с собой бесполезно. Нужно понять, что каждая из конфликтующих сторон решает одну и ту же задачу: чтобы вам было хорошо. Страх всегда выполняет защитную функцию. А жажда нового открывает для вас новые возможности.

Прокрастинация, бездействие, апатия, лень – не враги, их не надо побеждать.

Нужно просто понять, чьими голосами и о каких страхах шепчут вам эти части вашей личности. Задача состоит в том, чтобы осознать их и научиться загружать в себя другие поведенческие программы, делая это легко и с удовольствием.

Вернемся к моей ситуации с книгой.

Задав себе один из ключевых вопросов: «Почему это хорошо?» я начала самоисследование, которое помогло мне найти причины и моей прокрастинации, и того сбоя в системе, который произошел, когда я рухнула в гипотонический криз.

Но нас никто не научил заниматься самоисследованиями. Что вместо этого делает среднестатистический человек?

Он и не подозревает, что изнутри начинает выгорать. Он думает, что просто немножко устал: чуть-чуть переработал, немного подзавис. И чтобы быть более эффективным, надо подключить тайм-менеджмент, сделать свой рабочий график более продуктивным и как-то себя мотивировать. Я называю это «придумать, как эффективнее себя отхлестать». Такое поведение характерно для третьей стадии выгорания.

И здесь многие приходят, как они считают, к лучшему и, увы, типичному решению: послушать советы бывалых. Не исследуя себя, они стараются узнать, что помогало в подобных ситуациях другим людям. Способов восстановления, обычно полностью противоположных, находится немало. Чаще всего предлагают:

• медитации;

• активный спорт;

• фрирайтинг;

• коллективные ретриты;

• лидерские программы;

• мотивационные тренинги.

Но проблема в том, что существуют психоэмоциональные состояния, при которых противопоказаны некоторые из способов восстановления. Например, на четвертой стадии выгорания категорически запрещены силовые нагрузки. Дело в том, что у 80 % людей в этой стадии существует такая физиологическая проблема, как усталость надпочечников. Это нейроэндокринное расстройство, возникающее в ответ на затяжной стресс, на усиленную выработку кортизола, который уже не успевает расщепляться и выводиться из организма. И представьте, что в этом состоянии истощения, вы начинаете заниматься триатлоном и готовиться к Ironman. Да вы просто убьете себя!

То есть, не поняв, что с вами на самом деле происходит, не расшифровав сигналы, которые посылает ваш организм, ваша нервная система, вы не поможете себе, а еще глубже загоните в состояние психоэмоционального напряжения и потери энергии.

А с чего все начинается? Не поверите! С угона вашего мозга!

Глава 3 Угон мозга, или куда вы все время бежите

Начну с реальной истории.

Однажды ко мне на обучение пришла девушка, которая, по ее словам, отличалась настолько высокой эффективностью, что каждый час ее жизни был буквально расписан по минутам. И ей нравилась такая жизнь, нравился ее бизнес и те перспективы, которые он открывал перед ней! По большому счету, она была обеспечена настолько, что могла позволить двум поколениям не работать вообще.

– Но, – спросила я ее, – есть ли в твоей жизни то, что тебя не устраивает?

– Я очень часто срываюсь на близких, – ответила она.