Я чувствую выгорание. Как вернуть утраченную энергию и снова начать получать удовольствие от жизни

То же самое происходит с вами каждую минуту: любое явление в вашей жизни подвергается оценке. Вы сравниваете то, что случается сейчас, с имеющимся опытом. Любые идеи, любая информация воспринимается сначала оценочно. Именно поэтому вы не можете допустить, что нет правильного или неправильного, потому что ваш опыт уже оценен вами. И, по сути, ваш посыл звучит следующим образом: «Это мое, потому что мне это понятно и не страшно. А это не мое, потому что мне страшно».

А почему страшно?

Потому что нет опыта.

И как только вам становится страшно, включается симпатическая нервная система, кулаки сжимаются и вы начинаете бороться со всем миром. Вы ведете себя не так, как деревья, которые в шторм гнутся, а не сопротивляются.

Так давайте посмотрим, чего же мы боимся, что за стресс такой мы переживаем ежедневно и для чего он нужен с точки зрения эволюции.

Уровень 2 Вас ждет стрессовый рост

Отсутствие стресса есть смерть.

Ганс Селье, «изобретатель» стресса

Если кто-то наслаждается своей жизнью – это еще не значит, что она насыщенна. Представьте себе человека, который только и делает, что считает травинки или собирает пробки от бутылок, и при этом совершенно счастлив, но неспособен к достижению более значимых целей.

Александр Лурия, один из основателей нейропсихологии

Глава 8 Хороший-плохой стресс – почему его нельзя избежать

ОТКРЫТИЕ ГАНСА СЕЛЬЕ

Когда Ганс Селье был молодым ученым, он мечтал сделать великое открытие. Сегодня мы знаем его как одного из основоположников учения о стрессе.

Началось все с эксперимента: исследуя недавно выделенный в соседней лаборатории экстракт из коровьих яичников, Селье начал вводить его подопытным животным. Первой группе лабораторных крыс он вводил плацебо. Второй группе – изучаемый экстракт. Со слов самого Селье, тогда он был молодым и неуклюжим, крыс ронял, гонялся за ними по лаборатории, вытаскивал из всех углов и щелей. Одним словом, создавал им атмосферу невыносимого бытия. (Не напоминает, как современные семьи живут в одном пространстве, создавая друг другу «лабораторные условия»? А в бытность пандемии помните, что творилось? Люди словно заново знакомились друг с другом.)

Спустя какое-то время Селье обнаружил сильные дегенеративные изменения в организмах зверьков. Но удивил его тот факт, что вещества в организм крыс водились разные, а изменения они вызвали одинаковые: язву желудка, увеличение коры надпочечников, атрофию иммунных тканей. Вывод напрашивался сам собой: дело не в веществах, а в чем-то другом. Селье продолжил свои опыты.

Следующим группам крыс он не делал инъекции, а создал агрессивную внешнюю среду, чтобы выдернуть из привычной жизни и вызвать неспецифические стимулы для нервной системы.

Он разделил зверьков на три группы. Первую ученый выносил на холодную крышу зимой, вторая группа проводила часть времени в подвале, а третью подвергали изматывающим физическим нагрузкам или хирургическим вмешательствам.

И что же в итоге произошло с лабораторными крысами Ганса Селье? Во-первых, они сделали его знаменитым ученым: во всех трех группах ученый получил одинаковый рост заболеваемости: увеличение коры надпочечников, язвы и снижение иммунных реакций. Во-вторых, повторный эксперимент подтвердил гипотезу Селье: живой организм демонстрирует одинаковый набор реакций в ответ на стрессовое воздействие. В-третьих, длительное воздействие стрессоров приводит к физическим заболеваниям.

Итак, Ганс Селье доказал на уровне физиологии, что стресс – внутренняя реакция на различные негативные факторы – одинаково губительно сказывается на организме.

Наука о стрессе шагнула из лаборатории в мир, а Ганс Селье стал первым, кто обнаружил связь между тревожностью и теми химическими изменениями, которые происходили в этот момент в организме. Он понял, что напряжение, которое мы испытываем, когда что-то выбивает нас из колеи, отрицательно сказывается на теле.

Слово «стресс» так и переводится с английского – «напряжение». Это чувство мы можем трактовать как что-то мешающее нам двигаться к цели. Мы напрягаемся, тревожимся, не можем сосредоточиться, собраться, что заставляет нас еще больше нервничать – обычно так мы описываем это состояние.

«Мне надо успокоиться и собраться, – говорим мы, – чтобы наконец-то выполнить задуманное». То есть такое состояние мы оцениваем как негативное.

А так ли это?