Разные мечты и надежды были в детстве. Помню, весенним теплым утром шла я, беззаботная двенадцатилетняя девочка, по протоптанной тропинке и размышляла о жизни, которую любила и которой радовалась. А еще – о смерти, которую не принимала и говорить о ней боялась. От взрослых я не получала ответов на свои вопросы о смерти. Я не просто надеялась, а твердо решила, что жить буду долго, как моя бабушка Мавра. Она прожила долгую жизнь, никогда не улыбалась, но при этом была доброй и правильной. Терпеливо и даже с интересом выслушивала мои рассказы о проблемах, что-то советовала и кормила чем-то вкусненьким. А я торопилась, бежала гулять на улицу. Через три дня бабушка умерла. Это была моя первая в жизни потеря. Бабушке исполнилось семьдесят два года, мне она казалась старенькой. Я решила, что тоже умру в ее возрасте. Вот так я отмерила срок своей жизни. Сейчас, когда мне шестьдесят восемь, а моей мамочке девяносто два, хорошо понимаю, что маловато я себе отмерила. Тешу себя надеждами, что Небеса позволят мне прожить еще лет десять. Хочу увидеть, как выйдут замуж мои внучки, как повзрослеют младшие внуки. Как все, наверное, мечтаю состариться в кругу семьи, чувствуя тепло и любовь своих детей. Это главное.
Е., 68 лет: