История социологической мысли. Том 2

Мы не станем здесь вдаваться в подробности весьма обширной теории Коллинза. Сказанного выше достаточно, чтобы уяснить себе как своеобразие его точки зрения, так и то, что «социология конфликта» прельщала не только тех авторов, которые обычно упоминаются в этом контексте. Однако факт в том, что она так никогда и не обрела значения, сравнимого с тем, что можно было бы определить как «социологию консенсуса». Показательно, что в относительно большом количестве работ о современной социологической мысли ее полностью обходят вниманием.

5. Теория обмена

Несколько более широкой и устойчивой популярности в социологии, а также более высокой степени теоретической утонченности достиг, похоже, другой способ отхода от функционализма: теория обмена в индивидуалистском ее варианте[948]. Это дополнительное определение представляется необходимым, поскольку так называемая теория обмена имела в социологии долгую историю и множество разновидностей, у которых необязательно было что-то общее помимо так или иначе понимаемого обмена как базового социального факта. Подобные взгляды демонстрировал, к примеру, Мосс и ссылавшийся на него Леви-Стросс или, скажем, Зиммель. Однако теория обмена, о которой идет речь сейчас, возникла независимо от этой традиции, и к ней стали обращаться тут и там по большей части ex post. Не исключено, что возможна реконструкция теории обмена, учитывающая все ее традиции и ответвления[949], однако нас здесь интересует исключительно та разновидность этой теории, которую можно считать непосредственной реакцией на социологический функционализм. Такая теория была создана в США Джорджем Каспером Хомансом (George Casper Homans) (1910–1989), Питером Майклом Блау (Peter Michael Blau) (1918–2002) и несколькими другими авторами. Первый наиболее полно сформулировал ее в книге «Социальное поведение: его элементарные формы» (Social Behavior. Its Elementary Forms, 1961), второй – в работе «Обмен и власть в социальной жизни» (Exchange and Power in Social Life, 1964).

Хоманс принадлежал вместе с будущими функционалистами к упоминавшемуся здесь ранее гарвардскому кружку Парето (его дебютной книгой стала работа, написанная в соавторстве с Чарльзом П. Кёртисом-младшим (Charles P. Curtis Jr.), «Введение в Парето: социология» (An Introduction to Pareto. His Sociology, 1934)), а его «Человеческая группа» (The Human Group, 1950) была признана частью функционалистского канона. Возможно, такая репутация и была в какой-то мере обоснованна, однако роль Хоманса в социологии XX века состояла в первую очередь в том, что он создал одну из альтернатив функционализму и предложил гораздо более ригористское понимание социологической теории. Теория Хоманса стала в значительной мере отрицанием функционализма, хотя и предпринимались попытки рассматривать ее как его дополнение. Хоманс – весьма интересный мыслитель, который внес в американскую социологию сильное брожение. Прежде всего он выступал в ней в роли теоретика par excellence, который среди нарастающей неразберихи один-одинешенек отстаивал, как он полагал, ясную концепцию истинно научной социологии.

Ход мыслей, который привел его к созданию теории обмена, можно коротко изложить следующим образом. Функционализм концентрировался на исследовании влияния явления A на некую более широкую систему B. Теоретики обмена не отклоняли вопрос о функции, но считали его второстепенным, поскольку ни один ответ на него не дает объяснения, почему происходит явление A, то есть почему индивиды ведут себя так, а не иначе. Характерная для функционализма отсылка к нормам, или образцам, которым подчиняются индивиды, ничего не объясняет, поскольку необходимо знать, что именно склоняет индивидов к соблюдению норм, а также откуда эти нормы берутся. Как писал Хоманс, «‹…› нормы не принуждают автоматически: если индивиды подчиняются норме, то поступают так потому, что считают это выгодным для себя»[950].

Поэтому, если мы хотим объяснить явление A, следует предположить, что составляющее его поведение индивидов неким способом вознаграждается «системой», которая таким образом это поведение подкрепляет. Здесь должно выступать отношение взаимности. Итак, «‹…› соотношение между функциональным структурализмом и структурализмом обмена можно коротко описать следующим образом: в то время как первый обычно сосредотачивает внимание на одной стороне социального взаимодействия, второй сосредотачивает внимание на обеих его сторонах»[951]. Иначе говоря, характерная особенность, отличающая теорию обмена, состоит в том, что ее интересует не только то, как данное действие способствует укреплению системы, но прежде всего благодаря чему оно предпринимается, повторяется и фиксируется. Это была весьма существенная смена направления исследований.