Как нам это пережить. Экспресс-помощь от опытных психологов, когда вам трудно, тревожно и страшно

– Нет, знаете, пожалуй, я даже в игровой форме не могу это воспроизвести. Фразы не идут. Я не чувствую, что мне надо с ними что-то обсуждать. Но вот сейчас, представив это, я понимаю: мне важно просто знать, что на моей планете кроме меня кто-то живет. Просто знать. А когда я моделировала в голове беседу, удивительно, но я почему-то первым делом захотела спросить, как поживает Тонина орхидея. У нее их целая коллекция, а вот любимая, густо-синяя, в последнее время начала загибаться. Смешно. Судьба орхидеи оказалась мне важнее.

Валя признается, что порой ей бывает скучно в своем комфортном одиночестве и хочется с кем-то поговорить обо всем на свете. В этот момент новостная повестка, мнение, его принятие или непринятие отходят на второй план. Оказывается, ей просто хочется чаще общаться с людьми. Несмотря на качественно организованную жизнь, порой ей совсем непросто бывать дома.

– С сыном мы не так часто общаемся. Вот родятся внуки – и как они узнают, как и чем жила их бабушка? Да, пожалуй, все это от одиночества. И вроде бы молчание защищает мой комфорт, а на самом деле я об этом и не думаю. Есть у меня «союзники», и от этого мне спокойно. Знаете, моя прабабушка, она тоже была учительницей русского и литературы, в послевоенные годы вела дневники – как там было и что, чем маялись, чем успокаивались, как говорится. И так это написано увлекательно, что я еще школьницей их взахлеб читала, а потом перечитывала.

– Может быть, вам тоже стоит попробовать такой формат? С бумагой вы точно можете быть честны и свободны в мыслях, чувствах и словах.

– Бумага все стерпит, это верно. Что ж, наверное, я уже подошла к тому возрасту, когда можно приниматься за мемуары. Заодно будут хроники времени. Но я и про Тонину орхидею напишу – пусть тоже цветет на страницах истории. И про Ежика.

В кабинете раздается смех – и Валя уходит со встречи налегке.

Что делать

В периоды глобальных потрясений может казаться, что атакуют наши собственные взгляды, свободы и смыслы. Особенно, если приходится физически перестраивать свою жизнь – уезжать, менять работу, менять рацион из-за того, что какие-то продукты подорожали. В тяжелые времена мы неизбежно приспосабливаем к ним свою жизнь. И кажется, что вместе с решением: «Я больше не буду покупать элитный китайский чай, дороговато» – эти тяжелые времена нападают на наши ценности и свободы.

Проанализируйте свой внутренний мир и отделите базовые и личностные ценности от глобальных. Да, вы больше не попьете элитный китайский чай, но значит ли это, что у вас отняли свободу в самом пафосном значении этой фразы? Пожалуй, что нет. Без чая ваши убеждения не пошатнутся, ваши взгляды на жизнь останутся прежними.

Загляните туда, где хранятся ваши убеждения, глубоко вдохните и признайтесь себе: «Моя внутренняя свобода – мои взгляды, ценности и убеждения – принадлежат только мне. И что бы ни случилось – они в безопасности». Даже если несвобода оказывается одиночеством, а потребность обсудить новости – желанием узнать, как там поживает Тонина орхидея.

<p>Я больше не могу делать мир лучше</p>

С Колей мы встречаемся по видеосвязи. Он сидит где-то в залитом солнцем парке, на лавочке, и лучи иногда отражаются бликами на его очках.

– С чего бы начать… Наверное, с того, что мне страшно. Последний месяц или больше – постоянно, непрерывно. Не помню, чтобы раньше такое было. Давайте я вам расскажу, после какого случая решил обратиться к психологу. Я очень люблю историю архитектуры Москвы. Меня еще в детстве бабушка водила по старым улочкам в центре и рассказывала про дома, про их жителей. Я даже хотел поступать в архитектурный. И я часто хожу на экскурсии, мне это очень интересно. Так и в тот день… Я взял кофе и пошел к месту сбора. Даже как-то не сразу заметил, что вокруг полно народу. Ну, знаете, Москва, центр – что удивительного в толпе? Потом заметил, что люди идут очень организованно, выкрикивают что-то. Понял, что это митинг. И полицейских вокруг было полно. И вот я остановился на тротуаре, смотрю на прохожих, на людей в форме… И один полицейский стал на меня пристально смотреть. Он ничего не делал, просто смотрел, а у меня по спине холодок побежал, и живот сжался от страха. Чего он от меня хочет? Я просто стою, на экскурсию собираюсь. У меня в голове миллион мыслей пронесся – что я ему буду говорить, как он меня скрутит и потащит куда-то… Очень захотелось спрятаться, сквозь землю провалиться. А полицейский все поглядывал на меня и на стаканчик в моей руке. Ну что у меня там может быть-то? И меня натурально затрясло. Я кофе даже не допил, выкинул в урну и специально свернул в переулок, подальше от толпы. На экскурсии я ходил как в тумане. Потом в новостях узнал, что на митинге многих арестовали, даже тех, кто просто шел мимо, как я. А я вспоминал свое состояние и думал, что уже готов был сам полиции сдаться и признаться в чем угодно, так мне было невыносимо в тот момент. Трус я.