Как нам это пережить. Экспресс-помощь от опытных психологов, когда вам трудно, тревожно и страшно

Эту технику используют для принятия решений и анализа происходящего. Возьмите лист бумаги и разделите его на 4 равных пространства. В каждом квадрате напишите по вопросу:

1. Что будет, если это произойдет?

2. Что будет, если этого не произойдет?

3. Чего не будет, если это произойдет?

4. Чего не будет, если этого не произойдет?

Честно и развернуто ответьте на все эти вопросы, и вам станут понятнее и ваши страхи, и надежды, и скрытые боли.

Вместе с Олей мы наметили план, что можно сделать, чтобы снять этот шлем выдуманной реальности, которую рисует Олин мозг 24/7:

Поговорить с сыном. Узнать, наконец, его мнение, спросить, страшит ли его что-то в будущей службе. Подготовить его – возможно, ему снова стоит сходить к психологу и наметить для себя «островки безопасности», где он сможет заземлиться, если перестанет справляться со службой.

Вместе поговорить с теми из друзей Олега, кто уже отслужил. Узнать ключевые моменты, тонкости, подводные камни. Предупрежден – значит, вооружен.

Сходить в Общество солдатских матерей. Так Ольга поймет, что она не одна, и есть другие родители, переживающие за своих детей. Разделение тревоги с другими уменьшает ее степень. А еще в Обществе могут подсказать, как лучше поступить в том или ином случае. Например, если у ребенка есть расстройства психики.

Признать неотвратимость происходящего и свое бессилие по этому поводу. Да, сын пойдет служить в армию. Не он первый, не он последний, и поделать с этим Ольга ничего не может.

Дать своим страхам право на существование. Не окунаться в котел болезненных фантазий, но признать, что она – мать и что беспокоиться за своего ребенка нормально. Человек уязвим. Порой на голову падает кирпич, но мы же не тревожимся по этому поводу каждую минуту?

Оля вышла из кабинета так же уверенно, под стук каблуков. По лицу уже совсем незаметно, что она плакала. Мы встретимся с ней снова через пару недель, когда она уже начнет собирать все нужные документы и сводит сына к врачу. Страх потерять Олега совсем не уйдет, но будет под контролем, а значит, и Ольге будет проще контролировать свою жизнь. В реальности, а не в фантазии.

Мои родители меня не понимают

«Мои родители меня не понимают…»

Эту фразу можно услышать не только от тех, кому 20–30 лет и чьи «взрослые взвешенные» позиции сторон еще притираются друг к другу. Но и от тех, кому уже и 40, и 50.

Число случаев, когда происходит раскол в семье из-за разности взглядов, растет в геометрической прогрессии. Если мир охватывает катастрофа, наше сознание стремится занять твердую позицию, чтобы дать чувство устойчивости в новостном хаосе. К психологу люди приходят уже в очень сложных чувствах – это смесь удивления, страха, отчаяния, гнева и бессилия.

Лиза разругалась с родителями. С теплыми, любящими и всегда поддерживавшими ее. В пух и прах. И не верит, что отношения можно как-то восстановить.

– Как мне теперь с ними разговаривать? Как смотреть в глаза? Они кричали на меня, убеждали, что меня «зомбировали», уверяли, что я несу чушь. Говорили, чтобы я вместо бесконечного чтения новостей шла работать. Я никогда раньше от них такого не слышала!

Очень много отчаяния и слез слышится в голосе Лизы. Как будто это говорит не взрослая женщина, а маленький, покинутый ребенок – она даже сейчас сжимается в комочек так, как будто ее обидели. Предали.

Об эго-состояниях

Когда мы общаемся, то занимаем определенную позицию. Именно от нее зависит, как и на что мы будем реагировать в данный момент. Эти позиции называются эго-состояниями, и их три: родитель, взрослый и ребенок.

Родитель выражает усвоенные нормы поведения, жизненные устои и принципы. Условно, это наш внутренний приобретенный «автопилот», который побуждает нас чистить зубы перед сном, «потому что так надо», или ставит нам блок, когда мы хотим возразить какому-нибудь дедушке. Ведь нас учили, что со старшими спорить нельзя. Этакая подсознательная совесть.