Как нам это пережить. Экспресс-помощь от опытных психологов, когда вам трудно, тревожно и страшно

– Вы знаете, мне очень стыдно про это говорить. Давайте я лучше вот так, в пол посмотрю, ладно? В общем… Меня бьет и унижает муж. Жизнь и раньше была не сахар, а сейчас становится еще хуже, со всеми этими… мировыми событиями… Мне 39 лет, а я позволяю с собой так обращаться – ну не дура ли? Все это ужасно. И я не могу выйти из этой ситуации. Страшно. С тех пор, как это все началось, муж совсем как с цепи сорвался. Нет, он и раньше себе позволял и нахамить, и за руку меня схватить. Но сейчас совсем невыносимо. Накачивается пивом почти каждый вечер, бесконечно смотрит телевизор, новости. Заканчивается передача на одном канале – переключает на другой. Если везде все глухо – смотрит в интернете ролики всякие. И дальше как по накатанной: сперва он просто что-то бубнит себе под нос, я стараюсь не лезть – он на всякую мелочь раздражается. Потом говорит сам с собой. И начинает цепляться к нам с дочкой ни с того ни с сего. Я Маришку сразу в ее комнату отправляю, говорю, чтобы сидела тихо и не выходила. Хотя это, конечно, кошмарно: ребенок в собственном доме должен вот так сидеть взаперти и опасаться выйти на кухню или даже в туалет. Но я просто не знаю, как по-другому ее оградить от отца. А самой мне никуда не спрятаться – на мне он отыгрывается «по полной». Начинается все с каких-то бытовых придирок. То я деньги потратила на клубнику дочке, то сковородку на плите оставила – сразу не помыла, то дырку ему на носке не заштопала. А он, знаете, когда сидит перед телевизором, если дырка где есть – как будто нарочно ее растягивает. В общем, всегда найдет, как начать ссору. А дальше… Переходит на личности, и вот я уже «глупая курица». – Олеся отворачивается еще дальше к стене, и ее голос становится тише. – Он, конечно, другие слова использует. Более грубые. Но я не стану это произносить, вы понимаете. И вот оскорбляет, потом за руки хватает, по щеке может ударить или за волосы схватить. Он здоровенный, сильный, что я против него. Он меня как-то за шкирку через весь коридор протащил.

Мы подробно обсуждаем с Олесей все детали их взаимоотношений с мужем. Не только, чтобы лучше понять ее ситуацию, но и чтобы некоторые вещи стали видимыми для нее самой. Когда мы находимся в эпицентре проблемы, бывает сложно проанализировать происходящее – мешают негативные эмоции. И все силы уходят на то, чтобы «не сломаться» и уберечь психику от непомерного давления.

Когда люди обращаются с проблемой домашнего насилия, важно, во-первых, не бояться обсуждать эту ситуацию

. Да, это бывает сложно, ведь внутренние табу зачастую блокируют эту потребность. «Не выносить сор из избы» – так многих из нас учили старшие. Но если его не выносить, рано или поздно можно обнаружить, что ты живешь в донельзя захламленной избе. Во-вторых, важно называть вещи своими именами. Нам хочется сгладить углы: не «толкнул», а «задел», не «ударил», а «поднял на меня руку». Не «изнасиловал», а «принудил к близости». Но точность формулировок имеет большое значение для того, чтобы внутри себя разглядеть и признать масштаб проблемы. Толкнул, ударил, изнасиловал. В-третьих, во время терапии важно дать понять человеку, что

то, что с ним происходит, – неприемлемо и нарушает его права. «Бьет – значит любит»? Нет, это так не работает. И, наконец, в-четвертых, важно обнаружить те ресурсы и способы, которые позволят найти выход из ситуации

. Они есть всегда, нужно их лишь найти.

О стыде у жертв насилия