Кавказский роман. Часть II. Восхождение

– Ой! Извини, я прямо с работы, – в свою очередь стала оправдываться она. – Машенька затащила, кроме меня, сходить было некому, она очень любит этот праздник. Ты здесь проездом или как?

– Нет, я здесь живу. Давай сядем, – предложил Гейдар, указывая на стол, куда расторопный Муса уже перенёс предназначенные Марининой внучке дары.

Неловко отодвинув стоящий рядом стул, он усадил бывшую любовь рядом с собой. Девочка села на другой стул и, не стесняясь, схватила со стола апельсин и откусила кремовое пирожное.

– Маша, не трогай! – сверкнула глазами бабушка.

– Пусть ест. Ей всё куплено, – одёрнул бабушку Гейдар, – лучше расскажи, как ты? Как отец, мать? Ведь, страшно сказать, больше тридцати лет не виделись.

– Отец умер лет десять назад, а мама жива, совсем старенькая, живёт со мной.

– Прими мои соболезнования. Хороший был человек, земля ему пухом, – сказал, нахмурившись, Гейдар и, чтобы сменить грустную тему, спросил: – Дети, вижу, есть? – посмотрел Гейдар на очищающую апельсин Машу.

– Да. У меня взрослый сын, это его дочка.

«Судя по внучке, сыну должно быть около тридцати, то есть вышла замуж вскоре после нашего расставания», – думал Гейдар, глядя на завядшее лицо своей первой любви. Маринино лицо завяло, как вянет цветок на ярком солнце. Худоба, которая делала фигурку женщины по-девичьи стройной, портила лицо обвисшими щеками и дряблой кожей, но главное, что выдавало возраст, были глаза – уставшие и потухшие.

– Работаешь? Чем занимаешься? Внучку нянчишь? – продолжал расспросы Гейдар.

– Работаю в одном НИИ, а с внучкой занимаюсь в свободное время, а так мама её нянчит. А ты, я вижу, процветаешь, – окинула она его критическим взглядом.

– У меня всё нормально, – ответил Гейдар, инстинктивно втянув нависающий над брючным ремнём живот. – Три года назад переехал в Москву. Работаю.

– Похоже, новый русский? – с издёвкой спросила Марина.

– Почему русский? Если помнишь, я чеченец.

– Помню, – зацепилась Марина за новую тему. – Чеченцы теперь в моде: Хасбулатов, Дудаев… как-то это всё странно.

Гейдар уже привык к тому, что стоило в Москве кому-то узнать, что он чеченец, – сразу начинались разговоры про этих двух известных на всю страну его соотечественников.

– Зачем нам они, ты лучше расскажи, как живёшь, – перебил её Гейдар.

– Живу как все. Сын военный, муж – преподаватель, я инженер, то есть мы представители профессий, которые стране стали совершенно не нужны. А ты, я вижу, бизнесмен?

– Я тоже, как и ты, инженер. Окончил автодорожный факультет в Грозном. Всю жизнь с машинами. Просто теперь я их не вожу, а ремонтирую и продаю. А что, нельзя?

– Можно, почему нельзя, – ответила Марина, поднимаясь. – Пойдём, Маша, второй звонок уже прозвенел, – взяла она за руку наливающую себе второй стакан кока-колы, заталкивающую в рот очередное пирожное внучку.

– А где вы сидите? – поинтересовался Гейдар.

– На балконе! – радостно закричала девочка. – Мы с бабулей над миром парим!

– А на первом ряду хочешь сидеть? – наклонился над нею Гейдар.

– Ещё бы, конечно! – обрадовалась девочка.

– Пойдёмте, – потащил их за собой Гейдар, не обращая внимания на возражения Марины.

Он привёл их в зал и посадил рядом с Ларисой на своё место и место Мусы.

– Лариса, это моя давняя знакомая – Марина, – представил он своих гостей жене. – Я вас буду ждать после концерта у лестницы. Звонил Александр, скоро будет, пойду встречать.

Лариса бросила недовольный взгляд на пришедших и нехотя процедила:

– Очень приятно.

Марина ответила, но было трудно не заметить, как неприятно ей всё происходящее, как тяжело ей сидеть рядом с этой расфуфыренной дамой, не скрывающей своего раздражения. После концерта Лора вышла под ручку с женой Мусы, что-то живо с нею обсуждая. Марины рядом не было.

– А где Марина? – спросил удивлённый Гейдар.

– Откуда я знаю где? Она ушла почти сразу за тобой, – фыркнула Лариса. – И слава богу, весь ряд своей жареной картошкой завоняла.

– Какой картошкой?

– Пропахла твоя дама картошкой. Жарила, наверное, перед выходом, где ты её взял?

– Прекрати немедленно, – тихо произнёс, наливаясь кровью, Гейдар и стал осматривать толпу в надежде найти Марину.

Он заметил её случайно, когда они с внучкой уже выходили из дверей дворца.

– Марина! – рванулся он к ней. – Почему ты ушла?

– Бабушка не любит сидеть на первом ряду, ей очень шумно, – ответила за неё внучка, и в голосе её звучало откровенное непонимание бабушкиных странностей.

– Спасибо, Гейдар, я действительно не люблю первого ряда. Рада была видеть тебя. Мы поехали, – вежливо сказала Марина, но было видно, что эта встреча не столько порадовала её, сколько расстроила.

– Куда вам ехать? Я попрошу водителя вас подкинуть. Я остаюсь на презентацию. Извини!

– Ну какие могут быть извинения, не надо нас подвозить, мы тут недалеко живём, на метро две остановки.

– Там же? – догадался Гейдар.

– А ты помнишь где? – впервые за всё время встречи улыбнулась Марина.

– Конечно. Дай свой телефон, надо встретиться, вспомнить молодость.

– Я бы, конечно, рада встретиться, но, уж извини, совсем нет времени, – жёстко и без улыбки ответила Марина.