Холодное детство. Как начать жить, если ты нелюбимый ребенок

Дальше стало только хуже. Я почти перестала спать и куда-либо выходить. Самое ужасное в таком состоянии – привычка. Состояние ухудшается постепенно, и начинает казаться, что в целом все нормально. Я ложилась отдохнуть после завтрака, после обеда. Часто так и лежала до вечера. Иногда сил не было уже с утра, и я целый день проводила в постели. Но ждала, что все наладится. Должно же. О целях больше не вспоминала. Было уже не до них. Задача упростилась – просто дожить до вечера.

С тех пор прошло шесть лет. Я работаю по найму в блогах, пишу тексты и продвигаю аккаунты. Решилась затронуть сложную тему в своем блоге. Имею мечту. И даже не одну. Что изменилось?

У меня появились эмоциональные и интеллектуальные ресурсы. Сначала от антидепрессантов, потом – от психотерапии. Надо было всего лишь слушать себя и признать, что я – все. А не пытаться запрячь, простите, дохлую лошадь. Удивительно, но и врачи ничего не замечали. Никто из них не произнес самого нужного в тот момент слова – депрессия.

В обществе, где вы живете, депрессия существует?

<p>Глава 31</p><p>Самый мелодичный язык на свете</p>

Весной 2016 года неожиданно поступил заказ на перевод: 20 документальных фильмов с русского на хинди. «Давно у меня такого не было!» – обрадовалась я. Десять лет я работаю в другой сфере, переводы в прошлом, а тут такое!

Я принялась за работу. Хинди быстро оживал в голове и превращался в красивые певучие фразы – какими они и должны быть у самого мелодичного языка на планете. Несколько недель я пребывала в эйфории от процесса, хоть и уставала невероятно. Ведь все остальные дела никто не отменял. Проект наконец был закончен, деньги выплачены.

Одним чудесным вечером я обнаружила себя сидящей на кухне с чашкой чая. Воображение рисовало радостную картину: я поднимаюсь на лифте на двенадцатый этаж, последний в нашем доме, выхожу на общий балкон, встаю на край и лечу-у-у!

«Зачем я живу? Кому это все надо? Я никчемная мать. Никчемная жена. Денег не зарабатываю. Целыми днями верчусь, получаю гроши. Никто не заметит, что меня больше нет. Я живу без цели, лишь загрязняю воздух».

Тут я не на шутку испугалась. Решила сидеть и не вставать. Так я точно не смогу сделать то, что представила себе только что. Поразилась, насколько мне все равно, что будет с мужем и сыном. Но луч здравого смысла все-таки пробился сквозь серую муть мыслей: «Ребенку всего десять, рано ему без матери-то».

Не помню, где в тот день был сын, возможно, ушел в гости. Я досидела на спасительном стуле до прихода мужа и рассказала ему, что со мной происходит. Фразой «А что, обязательно жить ради каких-то достижений? Просто так нельзя?!» он взорвал мой мозг. Такого сценария жизни не существовало в моей картине мира. Ведь нужно было обязательно чего-то достигать, чтобы оправдывать свое существование. Жить просто так я не пробовала. Хорошо, поживу и посмотрю, как пойдет. Хотя вопрос, смогу ли пережить депрессивный эпизод без таблеток, своему психотерапевту все-таки задала.

Успокоившись от ответа «Скорее всего, да», решила, что справлюсь.

Заставляла себя двигаться – «набирать эндорфины», сидеть на солнышке, отдыхать и не гнаться за достижениями. Наступило лето, мы уехали в автопутешествие по Европе. Казалось, жизнь налаживается.

<p>Глава 32</p><p>Чего я боюсь?</p>

Летом 2017-го я наконец смогла сформулировать запрос на терапию. Я поняла, что моя ведущая эмоция – страх. Я постоянно в напряжении. Страх сжирает меня изнутри, отнимает буквально все силы. Я хочу разобраться с его причиной.

И я начала новый цикл терапии. Осенью 2017 года. Из точки смирения, без гнева и ожиданий разобраться по-быстрому. Я просто хотела выбраться из болота, в которое меня засосало. И которое я уже почти считала своим домом. В прошлый раз мы не добрались до главного источника напряжения в моем теле, но два года предыдущего цикла качественно изменили мое отношение к самой себе.

Я больше не требовала от себя невозможного и отказалась от стремления к какой-то мифической «норме». Научилась лучше понимать себя во всех отношениях. Перестала сравнивать себя с другими и добиваться чего-то через насилие над собой. Избавилась от последних токсичных людей в моем окружении. И готова была разобраться с главной проблемой.

Мы проработали полгода, как в марте 2018-го я заболела ОРВИ, которое привело к воспалению зуба. Зуб пришлось удалить. А дальше – гайморит. Бактерии из десны попали в гайморову пазуху, и начался ад. Первые два вида прописанных антибиотиков мне не помогли. Десять дней лечения привели к тому, что я перестала нормально дышать и буквально умирала. Пульс в покое доходил до 80–90, при ходьбе – больше сотни. Только на пятые сутки приема третьего препарата я почувствовала, что прихожу в себя. Эмоциональное состояние тоже лежало при смерти.

И где-то в середине этого кошмара я сдалась и согласилась на антидепрессанты. И они вместе с антибиотиками начали возвращать меня к жизни.

<p>Глава 33</p><p>Антидепрессанты</p>