Кинжальщики. Орден низаритов без легенд и мифов

Когда халиф аль-Мустансир совсем одряхлел, реальная светская власть над Миером, по мнению многих современников, перешла к принявшему ислам и выслужившемуся из простых наемных воинов армянину по имени Бадр аль-Джамали – тому самому вельможе, ссора с которым, если верить некоторым хронистам, вынудила молодого Хасана ибн-Саббаха в срочном порядке прервать свою египетскую «стажировку» и бежать из Миера на «франкском» корабле. Бывший раб, аль-Джамали имел столь недюжинный воинский талант, что дослужился до правителя Дамаска, а затем – портового города Акко (или, по-«франкски», Акры) на берегу Срединного моря. Около 1073 года сельджукские вторжения в Сирию стали всерьез тревожить халифа аль-Мустансира. Его положение осложнялось тем, что в его собственном государстве костяк армии составляли многочисленные тюркские наемники, поддерживавшие равновесие сил в фатимидском Египте. Опасаясь окончательно быть лишенным ими своей независимости как светского правителя, аль-Мустансир направил тайное послание Бадру аль-Джамали, приглашая того прибыть в Миер и возглавить египетские войска. Аль-Джамали согласился, при условии, что ему будет дозволено взять с собой своих собственных, преданных ему не на жизнь, а на смерть армянских наемников. Пребывавший в безвыходном положении, халиф был вынужден согласиться. Тайно прибыв в Каир, аль-Джамали со своими армянскими наемниками (в ту пору армяне считались превосходными воинами не только «сарацинами», но и «византийцами», охотно нанимавшими армян на службу и даже имевшими целый ряд императоров армянского происхождения, в частности – Иоанна I Цимисхия, достойного противника нашего доблестного князя Святослава Киевского – и печально знаменитого своей жестокостью Василия II Болгаробойцу) перебил множество захваченных врасплох тюрок, дотоле контролировавших Миер, и своими решительными действиями отвел от Фатимидов реальную угрозу превратиться в чисто марионеточный режим. Однако очень скоро фатимидская марионетка поняла, что ее по-прежнему дергают за ниточки, сменился только кукловод…

С того самого дня и до самого конца своего правления, аль-Мустансир полностью зависел от своего нового «кукловода» аль-Джамали, манипулировавшего своей сидящей на престоле куклой. Однако положение изменилось в 1094 году. В этом году скончались как аль-Мустансир, так и его «закулисный манипулятор» аль-Джамали (ставший, наряду с главнокомандующим армией, также главой правительства – визирем, и руководителем других важных ведомств, причем не только светских, но и религиозных). Первым ушел из жизни аль-Джамали, но это мало изменило положение халифа Миера, поскольку визирем стал сын умершего – аль-Афдаль Абуль Касим Шаханшах.

После смерти аль-Мустансира, последовавшего за своим «спасителем» от тюркской «опеки» в мир иной в конце 1094 года, визирь аль-Афдаль поторопился обеспечить передачу престола уже намеченному им кандидату в халифы. По всем правилам полагалось передать халифское звание старшему сыну покойного аль-Мустансира – Абу Мансуру Низару, человеку с большим жизненным опытом, достигшему уже пятидесятилетнего возраста. Однако младший сын умершего халифа – Абуль Касим Ахмад (Ахмед), к описываемому времени уже был женат на сестре аль-Афдаля. Ахмаду было всего двадцать лет от роду, и он, на взгляд визиря, по всем статьям был более подходящим кандидатом в халифы, чем гораздо более опытный Низар. И потому аль-Афдаль поспешил совершить государственный переворот с целью посадить на трон халифа Ахмада. На следующий же день после смерти престарелого аль-Мустансира его младший сын Ахмад был провозглашен халифом. Придворные круги Каира были вовлечены в организацию переворота, и Ахмад был беспрепятственно возведен на халифский престол под «тронным» именем аль-Мустали биллах. Поэтому его сторонников стали именовать «мусталитами».

«Обездоленный» Абу Мансур Низар отнюдь не был готов к роли безропотного и безучастного свидетеля узурпации своего законного наследия столь беззастенчивым образом. Мало кто сомневался в том, что именно он был законным преемником ушедшего в мир иной халифа аль-Мустансира. Даже впоследствии противники низаритов признавали, что первоначально Низар был предназначен в халифы самим своим отцом аль-Мустансиром. Получив известие о том, что его лишили законного отцовского наследия, которого он ждал столько лет, верно служа своему державному родителю и государству, Низар приступил к незамедлительным действиям. Вопреки довольно неловким пропагандистским усилиям мусталитов, утверждавших, что умирающий аль-Мустансир якобы уже на смертном одре пересмотрел свое прежнее решение передать бразды правления Абу Мансуру Низару и передал их вместо него Абуль Касиму Ахмаду, мало кто в тогдашней «умме» халифата Фатимидов верил в подобное двоедушие и подобную внезапную переменчивость аль-Мустансира…