«Черный 47-й», как этот год позднее называли в фольклоре о Великом голоде, был худшим с точки зрения смертности и эмиграции. К тому времени весть о бедственном положении Ирландии дошла до многих частей света, и в страну начала поступать благотворительная финансовая помощь из Британии, США и Австралии, а также от ирландских солдат, служивших в британской армии. Шотландия в этот период сама страдала от голода (который оказался не столь опустошительным по сравнению с ирландским). Большая часть добровольной помощи поступала из Британии, причем первыми инициативу взяли на себя квакеры. Они посетили Ирландию, написали отчеты о голоде и его последствиях и создали собственные местные комитеты помощи, распределявшие продовольствие. Британская «Ассоциация помощи при исключительных бедствиях в Ирландии и Шотландии» собрала почти 500 000 фунтов стерлингов, а королева Виктория показала подданным пример, одной из первых сделав личное пожертвование в 2000 фунтов стерлингов. Комитеты помощи из США направили в Ирландию более 500 000 долларов, ирландские иммигранты также посылали деньги членам своих семей, чтобы помочь им выехать из страны. 1846–1847 годы оказались экономически нелегкими для всей Британии, что повлекло за собой нежелание, возможно, даже неспособность правительства увеличить помощь ирландцам, страдающим от голода. Неурожаи в Британии в 1846 году привели к огромному торговому дефициту и истощению золотых запасов в Банке Англии. Выдача кредитов практически прекратилась, и некоторые отрасли промышленности, такие как хлопковая, серьезно пострадали. Несмотря на свою непродолжительность, этот финансовый кризис стал одним из худших в новейшее время, при этом он разразился в самое неудачное время и серьезно помешал облегчению ирландского бедствия.
В январе 1847 года ирландские пэры, члены парламента и землевладельцы встретились в Дублине и обратились к правительству с просьбой о прямой поддержке для сокращения массовой смертности. Рассел и его правительство наконец осознали, что их политика не работает. Они закрыли общественные работы и в конце января усилили меры прямой помощи. «Сейчас самое главное, – сказал Рассел, – сохранить жизни людей».
Это была серьезная перемена в типичном мышлении государственных деятелей того времени, и она не встретила всеобщего понимания в правительственных кругах. Меньшинство в кабинете министров и казначействе продолжало считать, что правительство отнюдь не обязано напрямую обеспечивать людей продовольствием. Но потребность была так велика и очевидна, что большинство министров выступили в пользу немедленных и непосредственных мер поддержки. Весной и летом 1847 года правительство открыло бесплатные суповые кухни для нуждающихся. Бесплатные кухни оказались успешнее, чем проекты общественных работ. Летом 1847 года 3 000 000 человек в день получали питание стоимостью два пенса на человека. Общие затраты на бесплатное питание в 1847 году составили около 1 700 000 фунтов стерлингов, что составляло лишь малую часть стоимости общественных работ. Бесплатные кухни позволили добиться большего меньшими средствами, однако эту меру вряд ли можно было назвать безоговорочно успешной. В некоторых районах суповые кухни появились слишком поздно, и в большинстве мест потребности населения намного превышали их возможности. Еды было мало, и ее качество оставляло желать лучшего. Летом 1847 года смертность сократилась, но историки спорят, что было тому причиной: раздача супа или просто мягкое лето? Так или иначе, суповые кухни изначально задумывались как временная мера, и они были закрыты (на фоне обширных протестов) в сентябре 1847 года, как раз в тот момент, когда их польза как будто бы стала заметна. Парламент надавил на правительство, требуя переложить бремя поддержки Ирландии на местных землевладельцев и налогоплательщиков.