Купленная невеста. Стань наложницей или умри

Мария видит, как из барака выходят ее мать и Эльпида, за ними следует группа возбужденно переговаривающихся женщин. Где же мужчины? Она не видит никого, кто бы стоял в карауле. Если бы это были мародеры, думает она, то всех в бараке уже убили бы, утащили бы мешки и свертки с последним имуществом. Но платки Эльпиды и Гераклеи повязаны назад, они матроны, которым нечего бояться этих чужаков. Они подходят к прибывшим жителям деревни, и Эльпида, приветственно, а может быть, и грозно подняв руку, останавливает процессию. Мария видит, что рядом с Эльпидой твердо, хоть и нервничая, стоит ее мать. Они выглядят почти как старые подруги, возможно, золовки, вышедшие из своих домов после утренней готовки, дойки и ткачества. Старик на первом муле спрыгивает с седла, подходит к Эльпиде и что-то говорит. Эльпида, кажется, на мгновение начинает сомневаться, смотрит на Гераклею, а затем отвечает. Очевидно, что мужчина не понимает ее, а она не понимает его. Когда Гераклея заговорила, он улыбнулся с видимым облегчением. Из шерстяной сумки, перекинутой через плечо, он достает несколько крупных апельсинов. Эльпида и Гераклея быстро берут их, покачивая головами и бормоча слова благодарности. Горные жители приносят еще апельсины и раздают их женщинам, толпящимся вокруг их процессии. Эльпида кланяется и дружелюбно улыбается, убирая в фартук еще один апельсин, потом еще.

Глава 11

Мария, Картери и Лита повязывают платки на лицо и с маленьким Димитрием на руках направляются к каравану. Последние ослы и мулы, пофыркивая, поднимаются по хребту, и деревенские женщины дергают их за уздечки. Девушки протягивают руки к одной из хромающих, покрытых пылью женщин, та останавливается и быстро указывает на мужчину, который сидит на муле позади нее и спокойно курит. Он не замечает, что под драными платками девушки молоды и красивы, поэтому не обращает на них внимания, а только открывает свой мешок и бросает в них апельсины. Апельсины катятся по тропинке, а девушки бросаются за ними. Мужчина смеется и зовет, маня и кивая:

– Иди сюда, – Мария спешит к нему, и он протягивает ей еще один апельсин. – Так что, ты будешь есть апельсин или просто стоять там? – говорит он на своем странном языке, разглядывая мокрый подол ее платья и голые ноги, все еще красные от речной воды. – Ты стояла в реке?

Мария смотрит на него.

– Ты оттуда, из-за горы? – спрашивает он, указывая в сторону Кавказа.

Мария смотрит на гору и кивает.

– Ты девочка?

Мария понимает слово «девочка», и делает несколько шагов назад, удивленная его вопросом. Кто бы мог принять ее за мальчика, да еще в такой одежде и косынке? Но когда он слегка дергает поводья, и мул начинает двигаться к ней, она понимает, что он спрашивает, кто она: молодая девушка или пожилая матрона.

– У тебя ноги девочки, не женщины, – говорит он. – Ты девочка, тебе четырнадцать, да? Шестнадцать? Быть мне магометанином, если тебе семнадцать, и дважды магометанином, если тебе восемнадцать! – Он поднимает указательный палец и покачивает им. – Я уверен, что твои руки не касаются того, чего должны касаться замужние женщины. – Он достает ногу из стремени и, схватившись за холку мула, наклоняется вперед, чтобы перекинуть ногу через крестец животного, спускаясь с него. Мария отступает назад, платок сползает, и мужчина, увидев ее глаза и губы, подмигивает ей.

– Ах, ради тебя я бы согрешил, согрешил бы, Бог свидетель! – восклицает он, дергая выпуклость спереди брюк. Он говорит что-то о сердце и летящем голубе, но женщина, идущая впереди его мула, сердито смотрит на Марию, опускает платок, плюет, и Мария бежит по тропинке догонять Литу и Картери.

– Fos da matia'ss! – кричит ей вслед мужчина. – Радость для глаз!

* * *

– Вот ты где! – кричит мать Литы, подбегая к девушкам и неся на руках плачущего ребенка. – Они раздают апельсины, а ты играешься в грязи?

Глаза Литы сужаются:

– Да, я играюсь в грязи, но у меня уже есть два апельсина, – она показывает их матери.

– Присмотри за своими братьями, – говорит мать Литы. – Я иду в часовню с остальными, чтобы получить благословение, а благословение мне ой как нужно, с такой-то дочерью, как ты.

Лита протягивает матери один из апельсинов. Та берет его и взамен отдает ребенка.