Купленная невеста. Стань наложницей или умри

Вечером, уединившись в своей хижине под проливным дождем, священник вспоминает о своих отношениях с умершим. Дьякон, проработавший у него почти десять лет, был ценным помощником, но теперь, когда у отца Андреаса есть время подумать, он понимает, что никогда особенно не любил его. Это немилосердная и тревожная мысль, но тем не менее верная. Дьякон был старомодным османским греком – запуганным, но непокорным, а не новым османским человеком мира, как городские греки. За одно поколение греческий уклад сильно изменился. Но, хотя дьякон вырос в элегантной Смирне, городе трамваев, кафе и театров, все эти перемены прошли мимо него. Священник с удивлением понимает, что почти ничего не знает о человеке, с которым провел столько лет. Его христианское имя Хараламбос, что значит «сияющий радостью», каковым дьякон, конечно, никогда не был, а фамильное имя – Спафариос – «рыцарь с мечом». Он был простым человеком, но фанатиком, своеобразным в своих взглядах и суровым догматиком. Он был одним из тех ярых христиан, которые не были достаточно грамотны, чтобы читать Библию, поскольку большинство греков уже не понимали ее древнего языка. Такие люди, как дьякон, знают только фразы из Библии, которые они слышат в церкви, слова, которые могут быть опасны для уха фанатика, и верят им с беспрекословным рвением: фразы вроде «Есть те, кто стали евнухами ради Царства Небесного». Отец Андреас горько улыбается и качает головой, как будто в заброшенной хижине есть посторонний человек, который может оценить, насколько разрушительным было это библейское высказывание. Столько святых и мучеников потянулись к ножам, чтобы отсечь плоть, которая продолжала вести их к греху. За рекой живут крестьянские монахи и монахини, которые заставляют деревенских жителей кастрировать и стерилизовать их, как домашний скот, а затем живут вместе в холодных, похожих на амбары монастырях в полной добродетели. В чем же смысл? Как можно отказаться от искушений плоти, если нет плоти, которая искушает? Как воздерживаться, если не от чего воздерживаться? Дьякон так никогда и не женился, и не проявлял к этому никакого интереса, но безбрачие, которое даже не требовалось для дьякона, было для него неумолимой мукой. Чем больше он пытался бороться со своими влечениями, тем сильнее они его поглощали. В своем рвении он был уверен, что слова Библии дают ему руководство в борьбе с самим собой. Когда пятнадцать лет назад в Трапезунде он только стал дьяконом, он прижал нож к своему члену в уборной за общежитием, но при первом же ощущении боли и первых каплях крови он с плачем побежал через монастырь в лазарет. Отец Порфирий ввел лауданум, омыл член дьякона спиртовым раствором и, сжалившись над ним, дал ему официальное разрешение раз в неделю растирать член с той силой, которая необходима для достижения облегчения. Только раз в неделю, сказал отец Порфирий. Господь будет смотреть на это сквозь пальцы.

Ветер дует со склона горы, свистит сквозь дождь в щели стен. Потоки холодного воздуха врываются в окна, и пламя перед иконой святого Ксенофонта с женой и сыновьями мерцает, когда фитиль наклоняется в масле стеклянной чаши. Святой Ксенофонт смотрит на отца Андреаса пожелтевшими глазами: он старик с морщинистыми щеками и седой бородой, а его жена, святая Мария, молода и прекрасна, кажется, что она улыбается, ее губы шевелятся в мерцающем свете, ее одежда – одежда византийской царицы. Отец Андреас бросает хворост в камин и разжигает огонь. Поленья трещат, пламя освещает комнату, и ему становится легче. В казарме огня нет, но у них есть шерстяные одеяла, присланные епископом, в которые они могут завернуться.

Надо будет сообщить семье дьякона о его смерти, вдруг понимает отец Андреас, и задумывается, как их найти. В старых книгах епископства должен быть адрес или имя. Надо будет послать им три серебряных амулета дьякона. Он окунает ложку в горшочек с медом и слизывает небольшой кусочек, обещая себе, что это все, что он попробует из смертоносного нектара за этот вечер. Достаточно, чтобы поднять себе настроение. Он рад, что епископ Трапезунда прислал с припасами еще газет: без них его заточение в лачуге в дождливые дни было бы невыносимым. Перед отправкой газеты прочитал весь епископат, пройдя по иерархической лестнице от епископа до беззубого дворника, который, несмотря на свое низкое положение, является известным местным поэтом, пишущим угрюмые, тщательно выверенные стихи на архаичном греческом языке. Именно уборщик скрупулезно перекладывает газеты – к концу недели их копится большая стопка – и укладывает их в сумки на седлах. За все годы, что отец Андреас и дьякон путешествуют по провинции, окормляя небольшие греческие общины в горах, им всегда присылают продукты и газеты.