Купленная невеста. Стань наложницей или умри

– Как бы мне ни хотелось остаться на ночь и насладиться едой и обществом, есть неотложные дела за границей, – вежливо отвечает турок. – Я переночую в гостинице «Зехеб», в часе езды от русских земель. Гостиница «Зехеб» – хорошее место, а хозяин – хороший человек, грек, которого я знаю уже много лет, – добавляет турок, как бы успокаивая возможные опасения священника на его счет. Отец Андреас улыбается, и турок тоже. Обменявшись обязательными любезностями, они переводят разговор на детали сделки. Турок вернется через два дня с караваном мулов и лошадей и тогда же заплатит половину комиссионных священнику за посредничество в продаже. По его словам, он оформит проездные документы, а священник и отец девушки смогут сопровождать его в портовый город, где магистрат засвидетельствует окончательное оформление документов о продаже. Таким образом, все будет в порядке, покупатель и продавец получат законный документ. Бумаги оформляются в основном в интересах семьи девушки, а семья всегда чувствует себя лучше, зная, что все делается официально. За все годы работы посредником, говорит он, у него ни разу не было проблем со стороны покупателей – всегда проблемы возникают у продавцов. «Мало денег! Бедная дочка! Они хотят гарантий! Они хотят, они хотят, они хотят!»

Священник думает о надвигающейся эпидемии и о беспокойстве беженцев, которое после нескольких недель их совместного пребывания в бараках начинает перерастать в развязность.

– Мы принадлежим Аллаху, и к Нему мы вернемся, – говорит священник турку.

Тот на мгновение задумывается: не являются ли такие слова в устах христианского священнослужителя оскорбительными или издевательскими? Священник сердится, думает он, что покупает только одну девушку. Приветливо улыбаясь, он почти извиняющимся тоном говорит, что хотел бы взять не одну девушку. Все они прекрасные девы, но у его текущего константинопольского заказчика есть определенные требования, и девушка с зелеными глазами – единственная, кто им соответствует. Он говорит священнику, что через два дня, когда они отправятся в порт, неплохо было бы взять с собой еще четырех девушек – их можно будет показать другим посредникам, которые, возможно, смогут их хорошо устроить. Затем девушек отправят в каютах первого класса на корабли, направляющиеся в столицу или другие города Османской империи в сопровождении матрон, так как покупатели хотели бы только самого лучшего для девиц, предназначенных для их домов.

Глава 18

Через два дня начинается путь к Черному морю. Мария смотрит, как феска турка слегка покачивается, когда караван спускается по широкой горной тропе в долины за часовней. Турок едет на своей крепкой лошади медово-коричневого цвета с каштановыми пятнами, а его стража в забрызганных грязью фесках идет впереди него, направляя винтовки на повороты дороги. Мария сидит в седле на серебристо-серой лошади, задрапированной персидскими седельными одеялами. Лошади ухожены и упитаны, не то что худые деревенские лошади на Кавказе. Это лошади богатого человека. Священник едет рядом с ней, время от времени остроумно отвечая турку. Лита и еще три непроданные девушки спокойно едут в одном ряду, а мальчики, предназначенные для ученичества, идут за вьючными животными, нагруженными коврами, тюками тканей, мешками с кофе и зерном.

Мария услышала, что турка зовут Ахмед, как и святого Ахмеда Краснописца, чей праздник приходится на день перед Рождеством. Турок носит то же имя, что и благочестивый христианский мученик. На лицо девушки намотан красный шарф, а над головой она держит легкий зонтик с золотой отделкой и кисточками – подарок турка, который хочет, чтобы ее кожа оставалась бледной. Даже легкое прикосновение солнца может повлиять на ее красоту, что не приветствуется в столице. Он разговаривает со своей стражей, и Мария прислушивается к потоку турецкого языка, пытаясь понять, о чем идет речь.