Прагматик во всем придерживается золотой середины. Он на все имеет свое мнение, но открыто вступать с лидером в конфликт не станет. Он не бездельник, но выполняет лишь тот минимум, который от него требуется. К этой категории относятся примерно 25–35 % людей.
Полная противоположность эффективному последователю. Эти люди ждут, что лидер все решит за них: не нужно напрягаться, самостоятельно думать и искать решения проблем. Личной ответственности за свою работу такой последователь не испытывает и особым энтузиазмом ее выполнять не горит. К этой категории относится примерно 5–10 % людей.
Лидерство невозможно без последователей. Пока мы в полной мере не разберемся со следованием, мы не сможем увидеть полной картины лидерства. Поэтому данная глава посвящена последователям и их роли в этом процессе.
В последние годы тема следования начала обретать популярность среди ученых. На данный момент следование определяется как процесс, в ходе которого человек или группа людей добровольно принимают чужое влияние для достижения общей цели. Это определение подчеркивает существующее между лидером и последователем неравенство сил. С точки зрения социального конструктивизма «следование» создается совместными усилиями лидера и последователя и является результатом их взаимодействия, в ходе которого один пытается влиять на второго, а второй каким-то образом реагирует на эти попытки.
Как это обычно и бывает, результатом первых исследований в области следования стали типологии последователей. Выделяются основные категории: активный и вовлеченный, независимый и напористый, покорный и уступчивый, а также согласный конформист.
Эти типологии – отправная точка для построения теории следования. В 2014 году Уль-Бьен и ее коллеги предложили свою версию теоретической модели следования, выделив три основных компонента: характеристики (лидера и последователей), поведение (лидера и последователей), а также результаты их взаимодействия. Рассматривать следование они предложили двумя способами: (1) через другой ракурс, т. е. смотреть на последователей с противоположной привычной точки зрения, и (2) через совместное лидерство, т. е. рассматривать лидерство как взаимный, активный компромисс между лидером и его последователями.
Карстен и его коллеги (2014) выделили пять преимуществ последователей: они выполняют работу, они работают во благо организации, последователи сдерживают лидера, поддерживают его и учатся у него.
Но есть у следования и обратная сторона. Следование может оказаться разрушительным. Липман-Блюмен (2005) выделила ряд психологических факторов, обладая которыми последователь может способствовать деструктивному лидерству: потребность в авторитетных фигурах; потребность в безопасности и защищенности; потребность в ощущении себя избранным или особенным; потребность в принадлежности к группе; страх остракизма, изоляции и социальной смерти; страх бессилия перед плохим лидером.
Современные работы, посвященные следованию, напоминают нам, что роль последователей в лидерстве ничуть не менее значима, чем роль лидера. Эти исследования предлагают поместить их – вместо лидера – в центр этого процесса, а также постепенно формируют модель эффективного следования.
С другой стороны, эта область пока настолько мало изучена, что объема данных для построения прочной теории на данный момент не хватает. В научной литературе по следованию пока что много личных наблюдений и историй из практики. Велика вероятность и того, что в нашем восприятии лидерства мы уже настолько привыкли ориентироваться на лидера, что теория следования так никогда и не обретет должную популярность. К тому же ученые до сих пор не могут дать исчерпывающего ответа на один, казалось бы, простой вопрос: а зачем людям вообще за кем-то следовать? Ну и, наконец, не хватает исследований о том, при каких условиях следование приносит пользу, а при каких – вред.
Подводя итог, отметим, что потребность в эффективных, принципиальных последователях только растет, а вместе с ней и необходимость в крепкой теории следования. Пока она не будет выстроена, наше понимание лидерства обречено оставаться неполным.
Вопросы гендера в лидерстве игнорировались учеными вплоть до 1970-х гг. (Чемерс, 1997). Стремительный рост количества женщин в науке и на руководящих должностях – результат колоссальных перемен, произошедших в американском обществе – спровоцировал не угасающий и по сей день академический интерес к изучению темы лидерства и гендера.