Метаморфозы жира. История ожирения от Средневековья до XX века

Это связано с новаторским методом исследования, созданным в начале XX века в одной бостонской лаборатории: изучением основного обмена веществ. Уилбур Олин Этуотер, Фрэнсис Гано Бенедикт и еще несколько ученых доводят до совершенства старые герметические сосуды Лавуазье[1174], создают огромные стальные конструкции для тщательной фиксации всех выделений подопытных субъектов[1175]. На основе их экспериментов был сделан однозначный вывод: за один час один квадратный метр поверхности тела человека, помещенного натощак в контейнер, где измерялись все реакции обмена веществ, «производит» определенное количество тепла, а именно 40 килокалорий. Результат всегда одинаков у «нормальных» людей[1176]. Таким образом оценивается энергия, необходимая для поддержания тела, унифицированный расход которой можно измерить

[1177]. Это так называемый «основной обмен».

Теперь очевидно: многим из толстяков невозможно достичь этой нормальности, поскольку недостаточность сгорания, жертвами которой они становятся, приводит к ожирению[1178]. На протяжении многих десятилетий это демонстрирует теория «замедленного переваривания пищи» — потеря энергии, свойственная анемичным толстякам и передающаяся по наследству.

Тем не менее открытие метаболизма принесло немало сюрпризов. Полученные данные «обрушили»[1179] теорию недостаточного сгорания. Марсель Лаббе и Анри Стевенен в конце 1910-х годов обнаружили нормальный основной обмен у большей части обследованных больных с ожирением. Лишь у небольшого их количества наблюдается замедленный метаболизм, который объясняется гормональной недостаточностью, в частности дефицитом гормона щитовидной железы, что действительно замедляет процесс сгорания[1180]

. Иначе говоря, в отдельных случаях ожирение по-прежнему понимается как следствие переедания, практически аналогичное «откорму гусей»[1181]. В других случаях ясности нет, ожирение считается следствием не поддающейся анализу слабости, которую нельзя объяснить недостаточностью сгорания. Отсюда неопровержимый вывод: возможное ожирение людей, ведущих «нормальный» образ жизни, — своего рода слепое пятно. Способность к сжиганию в их организмах полностью сохраняется в состоянии покоя и натощак, что можно измерить скоростью базового метаболизма. Однако по неизвестной причине при переваривании пищи степень сжигания снижается — причиной могут быть эмоции, ритм питания, безвкусность еды, отсутствие нормальной реакции организма… Гипотез множество. Фрэнсис Эккель, встревоженный несколькими несчастными случаями или нервными потрясениями, которые привели к безудержному набору веса, настаивает на возможной «рассогласованности деятельности желез и нервов»[1182]. Марсель Лаббе, ориентируясь не столько на силу сжигания, сколько на препятствия, с которыми оно может столкнуться, подозревает излучение и испарение через кожу:

Ожирение происходит от невозможности для некоторых индивидов выделить тепло, в избытке производимое питанием, вследствие плохого функционирования кожи[1183].

Иногда сжигание протекает нормально, но не справляется с поступившими в организм продуктами питания. Гипотезы не имеют значения — их много, но вывод из них однозначен: сбросить вес трудно или невозможно.

Это главное следствие. Обнаружено существование регулирующего принципа, согласно которому поток энергии модулируется, разгоняется или сдерживается. Принцип сгорания и регулирующий принцип связываются более чем когда-либо, что позволяет ускорять или ограничивать эту энергию в соответствии с питанием и потребностями, а внутренний механизм этого баланса остается скрытым. Академик Марсель Лаббе в 1929 году признал это и авторитетно заявил: «Механизм регулирования существует, суть его неясна»[1184]. Регулирование или его ослабление сохраняет элемент тайны, поскольку при сохранности механизма сгорания может не быть процесса

сгорания.

Лечение сталкивается с многочисленными препятствиями, которые можно распознать, но нельзя объяснить: несмотря на разнообразие методов лечения, полнота часто остается «незыблемой». Во многих случаях ожирение неисцелимо: диеты, различные манипуляции, химические препараты не приносят результатов, и складывается совершенно определенный образ толстяка: это больной, чьи надежды потерпели крах. Нельзя сказать, что это свойственно всем — многим тучным людям или обжорам удается избежать подобного. Проблема неизбежно затрагивает больных, количество которых растет по мере расширения медицинских услуг. Они страдают вдвойне: им трудно принять свой жир и трудно добиться его исчезновения.

Появляется и новый образ врача, который, отбросив прежнюю убежденность в необходимости «простых» действий, ведет пациента по долгому тернистому пути, а вероятность достичь цели подчас призрачна.

Между испытанием и пыткой