На границе Великой степи. Контактные зоны лесостепного пограничья Южной Руси в XIII – первой половине XV в.

В контексте данного сообщения следует принимать во внимание тот факт, что в домонгольскую эпоху и в первые десятилетия ордынского владычества (до учреждения в 1261 г. Сарайской епархии) существование всех епископских кафедр на Руси (за исключением Новгородской епископии) непосредственным образом было связано с поддержкой церковных структур княжескими администрациями. Князья выступали не только в качестве инициаторов возведения кандидатов на архиерейские должности, но и обеспечивали материальную составляющую церковной организации (десятина от взимания судебных пошлин, отчисления от торговых пошлин, передача церкви земельной недвижимости и денежных вкладов)[290].

Таким образом, вышеприведенное летописное свидетельство о прекращении функционирования Переяславской епископии с 1239 г. и последующем запустении города свидетельствует об отсутствии в Переяславле русской княжеской администрации на протяжении без малого трех столетий. По мнению Т.Ю. Фоминой, длительное отсутствие в Переяславле княжеского стола привело к тому, что в 60-х гг. XIII в., по инициативе киевского митрополита Кирилла, Переяславская кафедра вошла в состав Сарайской епископии[291]. Однако восстановления епископского центра непосредственно в Переяславле так и не произошло[292].

Следует отметить, что в литовских летописных сводах XVII в. – «Хронике Литовской и Жмойтской» и «Хронике Быховца» – содержится упоминание о князе Олеге Переяславском (Olhom Pereslwlskim) как одном из участников коалиции южнорусских князей, дружины которых якобы были разбиты литовским князем Гедимином в битве на р. Ирпень в 1322 г.[293] Данное сообщение позволило Р.В. Зотову выдвинуть гипотезу о возможном управлении Переяславской землей в первой половине XIV в. представителями черниговской династии Ольговичей[294].

Однако в Густынской летописи, датирующей сражение на Ирпене 1305 г., переяславский князь не упоминается в числе ее участников[295], а в Ипатьевском летописном своде отсутствует информация о самой битве. Галицкий летописец ограничивается констатацией факта активизации военных действий литовцев в связи с приходом к власти Гедимина: «В лето 6813 (1305)… Нача княжити Кгедеминъ Витуновичь въ Литве, и воева на Русь крепко»[296]. Противоречивость вышеприведенных летописных свидетельств ставит под сомнение достоверность сообщений поздних литовских хроник, относящихся к событиям начала XIV в., и не позволяет признать факт существования в золотоордынскую эпоху Переяславского княжества как отдельного государственного образования.

Согласно гипотезе украинского историка О.В. Юрченко, Переяславская земля изначально была включена в состав так называемой «Сарайской тьмы», включавшей в себя, по мнению исследователя, огромные территории «межиріччя Дніпра та Волги», являясь, в его представлении, некой «буферной зоной» между Киевской и Черниговской «тьмами»[297]. В качестве обоснования вышеуказанной локализации Переяславщины О.В. Юрченко использует сведения, содержащиеся в источнике последней четверти XV в. – ярлыке крымского хана Менгли-Гирея, датируемого 1482 г. Однако следует учитывать тот факт, что данные, представленные в жалованной грамоте правителя Крымского юрта, скорее отражали реалии административно-территориального устройства Улуса Джучи позднеордынской эпохи, нежели начального периода становления Золотоордынского государства.

Более ревалентными в этом вопросе являются сообщения источников XIII столетия. В частности, по свидетельству Плано Карпини, в середине 40-х гг. XIII в. степные (и, вероятно, лесостепные) регионы Днепровского левобережья входили в состав улуса Мауци[298]. Тогда как Ипатьевская летопись отмечает посещение Даниилом Галицким ставки Куремсы, располагавшейся в 1245 г. в окрестностях Переяславля[299]. Учитывая то обстоятельство, что владения Куремсы достаточно четко локализуются на территории Днепровского Правобережья[300], более вероятным выглядит предположение о временном характере пребывания вышеуказанного ордынского аристократа на землях Днепровско-Сульского междуречья. В последней трети XIII в. земли Среднего Поднепровья входили в зону влияния Ногая, после разгрома и гибели которого в 1300 г. могли быть включены в состав владений одного из близких родственников или приближенных нойонов хана Токты либо вошли в состав собственно ханского домена. Таким образом, следует констатировать, что территория Переяславского княжества начиная с 40-х гг. XIII в. была напрямую интегрирована в административно-территориальную структуру Улуса Джучи, находясь под управлением ордынских чиновников вплоть до периода «Великой замятни» (60-е гг. XIV столетия).

§ 2.4. Черниговская земля