Вина и стыд укореняются внутри нас, когда мы оправдываем, преуменьшаем или пытаемся рационализировать боль, которую нам причинили: «Все не так уж плохо», «Это из благих намерений», «Я это заслужил(-а)», «У [имя] все было гораздо хуже».
Признаться в том, насколько сильна ваша боль из-за жестокого обращения или пренебрежения, очень трудно – даже себе. Прощение – это серьезный шаг, так что не спешите. Помните, что это и решение, и процесс. Повторюсь, нельзя до конца простить кого-то, пока вы полностью не осознали все эмоции, которые испытали. Поймите: почти каждый, кто в детстве столкнулся с жестоким обращением или пренебрежением, во взрослом возрасте твердит себе: «Все было не так уж и плохо». Первый шаг к исцелению – признание того, насколько плохо с вами поступали в детстве на самом деле.
Пренебрежение, особенно эмоциональное, – одна из тех ран, которые сложнее всего распознать. Насилие – это ужасно, но по крайней мере вы знаете, что испытали нечто плохое, даже если пытаетесь игнорировать последствия. С пренебрежением дела обстоят сложнее: это скорее отсутствие действия, нежели происшествие. Эмоциональное пренебрежение, испытанное в детстве, заставляет тосковать по месту, где вы никогда не бывали. И это сбивает с толку.
Если это важная для вас тема, почитайте Forgive for Good («Прощай ради своего же блага») или посмотрите видео Ласкина на YouTube. Его сайт – learningtoforgive.com.
Когда я дописывал эту книгу, меня отправили на крупнейший пожар в истории Калифорнии. Мы поехали на одно из десятка возгораний в Северной Калифорнии, вызванных ударами молнии 16 августа 2020 года. Нам сильно не хватало оборудования и людей, мы были уставшими и подавленными. Я почти уверен, что остальные, как и я, боялись, что изнеможение и стресс скажутся на нашей безопасности. Моя коллега из Техаса Дайана Джонс погибла в том пожаре вскоре после моего прибытия – я слышал все эти жуткие сообщения по рации.
В тех тяжелых условиях нам приходилось сдерживать эмоции, чтобы сосредоточиться на работе, но все же иногда они прорывались. Удивительно, но именно во время долгой борьбы с тем пожаром я впервые в жизни захотел писать стихи. Пожалуй, сейчас самое время ими поделиться.
Это не для кого-то еще, кроме тебя.
Это не про кого-то еще, кроме тебя.
Остановись на миг. Всего на миг.
Помни, что не нужно ненавидеть врагов.
Помни, что принятие разногласий превыше тяги к разрушению.
Помни о понимании и уважении.
Твое сердце помнит времена, когда тобой не управляли убежденность и гнев. Остановись.
И хотя бы на долю секунды вернись в свой настоящий дом. Освободись от оков бесконечной правоты.
Душа всегда знает, что служение и самопожертвование связывают нас крепче, чем цепи превосходства. Решение проблем – это лишь один путь.
На секунду припаркуй свой бульдозер. Вспомни, почему ты вообще в цепях. Что угодно кажется тяжелым, если это долго не отпускать.
Твое беспокойное прошлое – это тихое требование: крепко держись за эти уроки.
Твое благословенное будущее зовет: протяни руку.
Будь иногда маленьким. Избавься от могучих страхов беспомощности. Насколько велика твоя жизнь? А твой Бог?
Ты уже знаешь, каково это: просто вспомни жизнь без смертельного гнева и убежденности.
Вспомни, почему ты в цепях. Остановись на миг. Всего на миг.
Вспомни, каково быть собой.
В твоем настоящем доме ты по-настоящему жив.
Самосострадание или сочувствие к себе – эффективное оружие против вины и стыда, неважно, откуда они берутся – изнутри или снаружи. Сочувствие – это стремление составить компанию, утешить, помочь тому, кто страдает, а ведь собственные страдания мы ощущаем отчетливее, чем чьи-либо еще! И все равно мы редко сочувствуем себе. Мы начинаем сравнивать свой стресс с чужим и успокаиваем себя тем, что у других дела еще хуже.