Наш общий друг. Часть 3

— Нтъ, — подтвердилъ угрюмо и тотъ. — Мое письмо — писала-то его моя дочь, а все-таки оно мое — мое письмо касается моего дла, а дло мое никого не касается.

Выйдя изъ воротъ нершительнымъ шагомъ, Брадлей услышалъ, какъ они затворились за нимъ и вслдъ за тмъ услышалъ шаги человка, который его догонялъ.

— Прошу прощенья, — сказалъ незнакомецъ, скоре споткнувшись о него, чмъ прикоснувшись къ нему, чтобы привлечь его вниманіе. — Вы, можетъ быть, знакомы съ тмъ… съ другимъ почтеннйшимъ.

— Съ кмъ? — удивился Брадлей.

— Съ другимъ, — повторилъ незнакомецъ, тыча куда-то назадъ черезъ правое плечо правымъ большимъ пальцемъ, — съ другимъ почтеннйшимъ, я говорю.

— Не понимаю, что вы хотите сказать.

— Глядите-ка сюда. — И, загибая каждую фразу на пальцахъ лвой руки правымъ указательнымъ пальцемъ, онъ продолжалъ: — У насъ два почтеннйшихъ, — такъ? Одинъ да одинъ — два. Законникъ Ляйтвудъ — это одинъ. Вотъ онъ — мой указательный палецъ. Одинъ — вдь такъ? Такъ вотъ, вы, можетъ быть, знакомы съ моимъ среднимъ пальцемъ — съ другимъ почтеннйшимъ то бишь?

— Я знаю его ровно настолько, насколько мн нужно его знать, — сказалъ Брадлей, нахмурившись и глядя прямо предъ собой.

— Урра-а! — закричалъ незнакомецъ. — Ура другому почтеннйшему! Я такого же мннія, какъ и вы.

— Чего вы кричите! Не забывайте, что теперь ночь… О чемъ вы тамъ толкуете — я не пойму.

— Слушайте, третій почтеннйшій, что я вамъ скажу, — отвчалъ сиплымъ шепотомъ незнакомецъ, переходя въ конфиденціальный тонъ. — Другой почтеннйшій взялъ себ манеру длать изъ меня шута, должно быть, потому что я честный человкъ и въ пот лица добываю хлбъ свой. А онъ — ни, ни! Не таковскій онъ парень.

— А мн то что до этого?

— Знаете, третій почтеннйшій: коли вы не хотите больше слушать, такъ и не слушайте, — проговорилъ человкъ тономъ оскорбленной добродтели. — Вы сами начали. Вы сказали, и очень ясно показали, кром того, что вы никоимъ образомъ не другъ этому парню. Но я своихъ мнній и своей компаніи никому не навязываю. Я честный человкъ — вотъ кто я. Приведите меня, куда хотите, хоть въ судъ, и я скажу: «милордъ, я честный человкъ». Вызовите меня въ судъ, какъ свидтеля — или куда тамъ хотите, — и опять-таки скажу его свтлости то же самое и книгу поцлую. Я не рукавъ поцлую, а книгу.

Не столько во вниманіе къ этимъ превосходнымъ аттестаціямъ, сколько изъ неугомоннаго желанія набрести на какой-нибудь путь къ открытію, на которомъ были сосредоточены вс его помыслы, Брадлей отвчалъ:

— Вамъ нечего обижаться. Я вдь не имлъ намренія васъ задирать. Вы слишкомъ громко кричали на улиц — вотъ и все.

— Почтеннйшій, — заговорилъ смягчившись мистеръ Райдергудъ таинственнымъ тономъ: — Я знаю, что значитъ громко, и что значить тихо — тоже знаю. Натурально, знаю. Да и странно было бы мн не знать, какъ меня христіанскимъ именемъ назвали, Роджеромъ, и назвали такъ по моему отцу, а моего отца по его отцу. Кто первый въ нашемъ роду получилъ это имя — я, натурально, не знаю, не стану васъ обманывать на этотъ счетъ. Засимъ желаю вамъ, чтобы здоровье ваше было лучше, чмъ оно оказываетъ по лицу, потому какъ внутри у васъ должно быть очень неладно, если тамъ то же, что снаружи.

Испуганный открытіемъ, что лицо его слишкомъ явно изобличаетъ состояніе его души, Брадлей сдлалъ усиліе придать ему спокойное выраженіе. Не мшало во всякомъ случа разузнать, въ чемъ состояло дло, которое имлъ этотъ человкъ къ Ляйтвуду или къ Рейборну, или къ нимъ обоимъ, въ такой неурочный часъ. И онъ ршилъ узнать это, тмъ боле, что незнакомецъ былъ у нихъ, можетъ быть, на посылкахъ.

— Вы поздненько заходили въ Темплъ, — замтилъ онъ съ неуклюжей развязностью.

— Я только что собирался сказать вамъ то же самое, третій почтеннйшій, провалиться мн на этомъ мст! — воскликнулъ мистеръ Райдергудъ съ хриплымъ смхомъ.

— Дло тутъ было одно у меня, — проговорилъ Брадлей, въ смущеніи озираясь.

— И у меня дло было, — сказалъ Райдергудъ. — Но я не боюсь разсказать, какое. Чего мн бояться? Я подручный у смотрителя шлюза — здсь, на рк. Сегодня была не моя очередь, а завтра я дежурный.

— Да?

— Да. И я пришелъ въ городъ по своимъ дламъ. А дла мои въ томъ, чтобы получить штатное мсто смотрителя шлюза, и еще чтобы притянуть къ суду проклятый пароходъ, что меня утопилъ. Я не позволю топить себя задаромъ.

Брадлей посмотрлъ на него такъ, какъ будто передъ нимъ было привидніе.

— Пароходъ меня опрокинулъ и потопилъ, — продолжалъ съ тупымъ упорствомъ Райдергудъ. — Меня вытащили посторонніе люди, но я ихъ вовсе не просилъ. Я хочу, чтобъ мн заплатили за жизнь, потому какъ пароходъ отнялъ ее у меня.

— Такъ за этимъ-то вы и ходили къ мистеру Ляйтвуду ночью? — спросилъ Брадлей, недоврчиво осматривая его.