Нейробиология здравого смысла. Правила выживания и процветания в мире, полном неопределенностей

Я хочу закончить эту главу одной забавной историей об оптимистично настроенной крысе, вот только не знаю, насколько она реальна. Недавно ко мне обратился нью-йоркский телерепортер с просьбой прокомментировать одно популярное видео о «крысе с пиццей». Посмотрите, это довольно смешная запись. Кажется, что оптимизм этого зверька просто зашкаливает, ведь крыса тащит по крутым ступенькам нью-йоркской подземки кусок пиццы, который гораздо больше ее. Если она делала это сознательно, чтобы в одиночестве насладиться лакомством, я бы вполне могла назвать ее оптимисткой. Не собираюсь вас разочаровывать, но репортер сказал, что, по его данным, это розыгрыш, постановочный трюк, замаскированный под случайную съемку на телефон, которая в итоге принесла создателям приличные деньги. Ведь огромная популярность ролика породила целую линейку товаров на тему «крысиная пицца», включая и костюмы для Хэллоуина. Потом репортер спросил меня, насколько сложно научить грызуна такому трюку. Не знаю, что тронуло меня тогда больше – вероятность постановки или тот факт, что меня посчитали экспертом, который может оценить поведение крысы из подземки.

Мой ответ? Разумеется, крысу можно научить такому простому трюку. Однако дрессировщик должен учитывать окружающую обстановку. Поскольку крысы склонны избегать новой среды, их нужно обучать в условиях, сходных с теми, в которых будет выполняться «трюк». Не важно, было ли поведение крысы на видео естественным или это была постановка, возможно, оно стало таким популярным, потому что оказалось созвучным нашему собственному когнитивному искажению в сторону оптимизма. Мысль о том, что путешествующие по городу крысы Нью-Йорка оптимистичны и находчивы, кажется, греет людям душу. Подобно маленькому муравью из песни Фрэнка Синатры «Большие надежды», который решает забраться на высоченное каучуковое дерево, мозг заранее настраивается на большие надежды, активируя высшие зоны коры головного мозга, которые порой подавляют реальность.

Однако с подобными искажениями реальности мы ходим по тонкому льду, поэтому надо быть осторожными и поддерживать здоровый контингентный баланс. Хотя и неплохо время от времени уходить от реальности, пора вновь сфокусироваться на создании оптимальных и точных вероятностных калькуляций, а также на последующих положительных результатах. Тем не менее мы не останемся до конца книги на этом пути чистой реальности и в последней главе рассмотрим полезные варианты искажающих реальность пузырей мозга.

6Настройка когнитивных контингентных калькуляторовОбоснованные уроки от крыс, комедиантов и владельцев лошадей, выигравших скачки «Тройная корона»

Хотя термин well-grounded (англ. хорошо подготовленный, обоснованный, заземленный) в научной литературе по нейробиологии фактически отсутствует, его следует внимательно рассмотреть. В словаре Merriam-Webster так характеризуется человек, получивший «хорошую подготовку» по предмету или в своем виде деятельности. Считается, что хорошо подготовленные люди лучше других выполняют свою работу. На мой взгляд, нейробиологическое изучение того, как хорошо подготовленный мозг обрабатывает прошлый опыт реакции-результата и в режиме реального времени выдает контингентные расчеты, необходимые для здоровых реакций, столь же значимо, как и исследование того, насколько эффективно здоровое сердце качает кровь. Достоверность и значимость опыта столь же важны, что и состав крови, – синтетическая, разбавленная или искусственная кровь не может доставлять в организм здоровые энергетические ресурсы.

Даже если мы выясним, как хорошо настроить и подготовить мозг, нам придется остерегаться возникновения мозговых пузырей, которые могут посеять хаос в наших контингентных цепях. По мере накопления опыта контингентных результатов мы обретаем уверенность, но наша бдительность может слабеть, поскольку мы все больше и больше начинаем доверять собственному восприятию, игнорируя важную обратную связь с окружающим миром. И вот совершенно неожиданно наше восприятие себя и окружающих теряет достоверность, искажается и, грубо вторгаясь в мозг, подрывает с трудом приобретенные и созданные контингенции. Теперь мы сталкиваемся с определенной контингентной головоломкой, загадка которой состоит в том, что наша удивительная способность к обучению, базирующаяся на условиях и данных окружающей среды, а также опыте, приводит к росту уверенности и в то же время снижает способность к обучению на основе опыта.