Если вы женщина, пережившая кризис самооценки из-за того, что ваш мужчина борется с зависимостью от порнографии; если случалось, что мужчина предпочитал вам порнографию или продолжает использовать порно, находясь в отношениях с вами, я хочу сказать и вам: с вами все в порядке, вы полноценны. Хотя представляю, насколько трудно не сравнивать себя с изображениями, на которые он смотрит; тем не менее я предполагаю, что с большой вероятностью ваш партнер (если он пользуется порнографией и даже самую малость походит в этом на меня) делает это не потому, что не удовлетворен вашими отношениями. Он стремится к порно не потому, что вы недостаточно привлекательны, недостаточно прекрасны или сексуальны для него. Он делает это не из-за сексуальной неудовлетворенности. Я знаю это наверняка, ведь в Эмили есть все, о чем я только могу мечтать, но с ее появлением в моей жизни моя тяга к порнографии не исчезла, и особенно сильно она проявляется в эмоциональные или нервные периоды. Да, каждый случай и каждый мужчина индивидуальны; скорее всего, он, как и я, пользуется порно потому, что его мозг говорит: это поможет тебе чувствовать себя защищенным, принятым, желанным и даже любимым. Его отношения с порнографией и сексом сложились задолго до того, как в его жизни появился партнер, и именно тогда сформировались эти связи.
В интервью для сайта Truthaboutporn.org кандидат наук Джон Д. Фоуберт упомянул недавнее исследование, в процессе которого сканировался мозг мужчин во время просмотра порнографии, — так ученые пытались установить, какие части мозга в этом участвуют. Как оказалось, в этот момент активируется зона, ответственная за восприятие объектов… не людей. Так что все это не о любви и не об отношениях; это о том, что порно делает с нашим мозгом. Я был бы неправ, если бы опустил этот аспект: тот факт, что порнографические изображения анализируются частью мозга, которая распознает неодушевленные предметы, расчеловечивает людей, создавая прочную связь между порнографией и культурой насилия. Чем больше мы расчеловечиваем кого-то одного или целый гендер, тем больше вероятность насилия в их отношении.
Ключевой момент для мужчин и женщин — как для тех, кто борется с пристрастием к порно, так и для тех, на ком сказывается эта борьба, — возможность не только открыто говорить о проблеме, осознавая ее и не боясь осуждения, но и начать тяжелую работу над собой; цель этой работы — преодолеть некоторые глубокие эмоциональные связи, закрепившиеся между порнографией и стыдом, ассоциированным с нею, и излечить то, что находится в самой глубине. Поясню: я не утверждаю, что любое порно — это плохо и что все люди обязаны работать над болезненным пристрастием их партнеров к порнографии, ведь все ситуации разные, а некоторые куда ужаснее других. Я надеюсь, что мы как общество научимся этому, что социум и пары станут открыто разговаривать, задавая друг другу прямые вопросы о неуверенности, тайной борьбе и пристрастиях. Неважно, к какому гендеру вы принадлежите; если вы (или ваш партнер) боретесь с пристрастием к порно, я надеюсь, эта информация поможет вам начать создавать безопасное пространство для любви и, что существеннее, радикально честного обсуждения чувств, влияния, оказываемого порнографией на ваши отношения, а также размера ваших личных границ. Именно здесь, в этом пространстве, появляется любовь, устанавливаются связи, рождаются терпение, самопринятие и доброта.
Примерно в этот момент в мою жизнь вошла психотерапия. Все больше узнавая о своем пристрастии к порно и все активнее сопротивляясь ему, в какой-то момент я понял, что в этой неравной борьбе мне не помешала бы помощь психотерапевта. Каждый мужчина из тех, кто поделился со мной своей историей, по-разному относится к порнографии и к тому ущербу, который она наносит его жизни. Некоторые мужчины в дополнение к терапии ходят на собрания Анонимных сексоголиков. Некоторым приходится прибегать к реабилитации, а кому-то победить пристрастие помогают онлайновые инструменты, вроде JoinFortify.com. Главное — готовность принять: да, у вас есть проблема и вам требуется помощь. Неважно, какая именно; я не верю, что есть что-то более «мужественное», чем мужчина, который готов смотреть в глаза собственному стыду, искать и принимать помощь.