В следующем году последовал ответный удар предводителя донского объединения хана Кончака по восточным границам Переяславского княжества. «Окаянный, безбожный и треклятый Кончак» подготовился основательно, планируя даже штурмовать русские города. Для этого в его войске находился «бесурменин» [мусульманин], специалист по «греческому» «живому огню», метать который он собирался посредством большого самострела, натянуть который могли лишь восемь человек. Кончак обошел переяславские крепости по Ворскле и Пселу с севера, через черниговскую территорию и вступил в переговоры с представителем Ярослава Всеволодича Черниговского, воеводой черниговских ковуев («своих половцев») Олстином Олешичем, надеясь, что черниговский князь и сейчас останется в стороне. Пока шли переговоры (вопреки советам Святослава), узнав от «гостей» о «стоянии на Хороле», киевские «дуумвиры» с князем Переяславским неожиданно, с тыла, ударили на лагерь Кончака, который сам чудом спасся. Разгром был сокрушительный, в плен попали даже мусульманский «инструктор» и «многое множество воев». Однако победа не была полной, ибо Кончак ушел от посланной за ним погони. Святослав решил не медлить и ударить на донские кочевья быстро и неожиданно, пока половцы не оправились от поражения. В новом походе он, разочаровавшись в брате Ярославе, предложил участвовать племяннику Игорю Святославичу Новгород-Северскому. Но тот не успел или не знал, куда вести дружину, а план Святослава заключался именно в быстроте. Только 1 марта, в день Нового 6693 [1185] года была одержана победа на Хороле, а уже 21 апреля посланный им отряд берендеев нанес неожиданный отвлекающий удар по кратчайшему пути, приковав именно к этому – переяславскому – направлению внимание хана. Но конечной целью Святослава были кочевья всех орд Кончака в верховьях Северского Донца. Попасть туда можно было как с запада, с переяславских земель, через Ворсклу и Мерль, так и с севера, через Курскую волость Новгород-Северского княжества и далее вниз по Осколу. Оттуда русские на половцев еще не нападали. Судя по дальнейшим действиям Святослава, он задумал именно этот вариант. Для организации похода с севера князь 21 апреля выехал в «землю вятичей», к Карачеву. Здесь он планировал, как пишет летопись, собрать «верхних земель воев», пеших, скорее всего, для похода на Дон «на все лето», на лодьях перевезти их по Снежети или Болве до Брянска, далее вниз по Десне и, исходя из стратегической логики, соединиться с конными дружинами северских князей в Трубчевске или самом Новгороде-Северском. Оттуда было легко через Курское Посемье и далее по Осколу ударить на Кончака большим войском и занять верхнедонецкие города – «зимники» (Шарукань, Сугров, Балин), как ранее делал Владимир Мономах. Для этого Святослав мог использовать и пленного «бесерменина» с «живым огнем». Возможны и иные пути для комбинированного войска (конная дружина и пешие «вои») из «земли вятичей» на соединение с северскими дружинами: пешим путем из Карачева на Севско, далее либо на Путивль, либо сразу на Курск; комбинированным маршрутом из «земли вятичей» вдоль Оки, затем Снови и Тускори также на Курск. Вплоть до самого Оскола все эти «трассы» проходили по таким землям, где бы они были скрыты от соглядатаев Кончака. Однако план сорвался из-за несогласованности действий: Игорь самостоятельно выступил в степи уже 23 апреля, когда Святослав еще только двинулся в «землю вятичей». Узнав об этом в Новгороде-Северском по дороге в Карачев и огорчившись, Святослав «на лодьях» возвращается в Чернигов, где и узнает о поражении северских князей от спасшегося участника битвы – Беловолода Просовича, скорее всего черниговского ковуя.
Что касается самого похода Игоря Святославича, то ему посвящено такое количество научных работ и литературных изданий разного жанра, включая фэнтези, что трудно сказать здесь что-то новое. Однако жанр данного издания – научно-популярный – предполагает, что не все читатели «обязаны» знать эти произведения, да и военно-региональные аспекты данного события. На них мы и обратим особое внимание.