От Чернигова до Смоленска. Военная история юго-западного русского порубежья с древнейших времен до ХVII в.

А причина была в попытке Витовта поставить в Орде своего ставленника и подчинить ее своей политике. Ставленник этот – изгнанный из Орды после поражений от Тимура в 1395–1396 годах хан Тохтамыш, обещавший Витовту в случае удачи полное подчинение. В таком случае держава Витовта увеличивалась бы вдвое, а Москва, как данница Орды, становилась его субвассалом. А Тохтамыш мог выполнять свои обещания. В 1391 году в благодарность за помощь в битве против Тимура на реке Кондурча и в обмен на некоторую сумму денег хан передал московскому князю «права» на несколько княжеств, включая такое крупное, как Суздальско-Нижегородское и хоть и маленькое, но важное для нашей темы Тарусское – самое северное среди верховских из состава бывшей Черниговской земли. Последствия неудачи Витовта и Тохтамыша на Ворскле были столь же грандиозными, как и цели. Был сорван совместный с Москвой поход на Новгород, так как собранное для этого огромное литовско-русское войско (в том числе брянцы) по проискам Тохтамыша было повернуто на юг. Новгород сохранял свою независимость еще 80 лет и в итоге достался не Литве, а Москве. Войска литовско-русских земель потерпели такое страшное поражение, что Витовт в 1401 году согласился по Виленской унии считать Литву единым с Польшей государством, что не повысило его авторитет в русских землях, как Литвы, так и независимых (в том же Новгороде, Пскове, Рязани). Татары же продолжали безнаказанно грабить русские земли, кому бы они ни принадлежали – Литве, Москве, Рязани, угоняя сотни тысяч пленных – еще три с лишним столетия.

В военной истории сражение на Ворскле «не котируется», так как длилось оно недолго и никаких новых тактических решений предложено не было. Зато последствия (отрицательные для Литвы) имелись значительные. Поэтому кратко опишем его. Сборным пунктом огромной разношерстной армии стал хорошо укрепленный Витовтом Киев. В состав армии, вышедшей 18 июля 1399 года из Киева на Ворсклу, входило несколько десятков тысяч человек во главе с пятьюдесятью князьями, отряды польских и немецких рыцарей, валахи, татары Тохтамыша. Армия шла медленно, так как везла с собой на волах несколько десятков орудий, да и от уверенности в неизбежной победе. Поэтому и прибыв на Ворсклу, не озаботились какой-либо расстановкой сил, оставаясь в походном «таборе». Лишь орудия, расставленные на высоком берегу Ворсклы, лениво постреливали в сторону татар, которых насчитывалось всего 35 тысяч.

Да и откуда было взяться войску большему, если за три-четыре года до этого в грандиозных не по западной, а даже по восточной мерке, сражениях с Железным Хромцом на реках Кондурча (1391) и Терек (1395) (соответственно восточная и южная границы Золотой Орды) полегли десятки, если не сотни тысяч татарских «степных рыцарей». Хоть тогда ордынцы и сражались на стороне Тохтамыша, но затем власть над ними перешла к Едигею. Тимур (Тамерлан) шутить не любил и скидок на единое происхождение и веру не принимал. Курганы из отрубленных голов и здесь имели место.

Тохтамыш бежал к Витовту под Киев, приведя всего несколько тысяч сторонников, а Тимур, посадив на царство в Орде престарелого Едигея и молодого Темир-Кутлуга и взяв всего один русский город – Елец, вернулся на Восток. Его «ждали» походы на Индию, Китай, Оттоманскую империю!

Едигей был инициатором переговоров с несравненно более сильным Витовтом, а молодой Темир-Кутлук рвался в бой. Однако два дня переговоров, когда Едигей делал Витовту уступки, а наутро появлялись новые требования, еще более наглые и беспардонные, убедили его, что битвы не избежать. Союзники, видя уступчивость татар и малочисленность их сил, потеряли всякую бдительность и начали заранее отмечать победу, забыв, что гордыня – один из смертных грехов. Утром 12 августа 1399 года Едигей имитировал фронтальную атаку через Ворсклу, вызвав на себя огонь союзной артиллерии, а Темир-Кутлук тайно переправился ниже по течению реки и ударил в тыл неподготовленному сборному войску. Сопротивления не было. Все потери были за счет неуклонного преследования убегавших до Киева и Луцка. Витовт, Тохтамыш и магистр Тевтонского ордена спаслись, но одних князей пало двадцать! Среди погибших были и герои Куликовской битвы – Андрей Полоцкий и Дмитрий Брянский, и много других русских князей с их боярами и дворянами. А бывшим союзникам – немцам, полякам, литвинам, русским, татарам Тохтамыша – чуть более чем через десять лет вновь предстояло встретиться на другом поле исторической битвы, меняющей мир, – поле Грюнвальда. Были там и представители Деснинского региона, который с этого периода вновь и все чаще именуют Северщиной.

Раздел второйВ составе Великого княжества Литовского. Набат Грюнвальда

1. Грюнвальд и Швентойя