Затем хану показали Тульский оружейный завод, который тот осматривал с большим интересом. Он расспрашивал о каждой машине, как она действует, и даже посчитал, сколько установлено станков, расспрашивал, какое количество их одним колесом приводится в работу. Увидев Тульский арсенал и оружие, находившееся в нем в привлекательном виде, хан не удержался, чтобы не закричать по-персидски: «Пах! Пах!» Особое внимание его привлекло устройство военной арматуры, и он долго с большим интересом рассматривал оружие. Затем ему показали монтировавшуюся паровую машину. Механик, руководивший работами, подробно рассказал хану, как она приводится в действие парами. Хан этому очень удивился и с большим вниманием вслушивался в подробности устройства машины, о которых говорил механик. Сопровождая хана, князь Бебутов и сам с не меньшим интересом смотрел на то, что показывали и о чем рассказывали. В Туле, к удивлению хана, выпал первый снег и наступила зима, что в определенный мере осложнило ситуацию и потребовало от князя Бебутова дополнительных хлопот.
После Тулы направились в Москву, куда прибыли 6 ноября. В дороге хан заболел от простуды и по прибытии в Москву три дня лечился, не выходя из дому. Там для хана была отведена отличная квартира. На это требовались значительные средства, которых у князя Бебутова не было. В связи с этим он обратился с рапортом к московскому генерал-губернатору графу Тормасову. Тот в ответ предложил князю Бебутову обратиться по этому вопросу к министру иностранных дел. Князь Бебутов сразу же обратился к управляющему Иностранной коллегией. В день приезда в Москву он получил отношение управляющего Коллегиею иностранных дел действительного статского советника Убри, который просил представить ему список всей ханской свиты. Бебутов немедленно первою же почтой отправил требуемые документы.
Князю Бебутову пришлось сопровождать хана во время всех его визитов, которые он наносил высокопоставленным чиновникам в Москве. 10 ноября хан нанес визит главнокомандующему в Москве графу Тормасову, которому вручил письма от Аббас-мирзы, Мирза-Шефи и Мирза-Абдуль-Хасан-хана, бывшего полномочным посланником при дворе российском. Генерал Тормасов очень тепло поздоровался со своим бывшим адъютантом В. Бебутовым, вызвав тем самым неподдельное удивление посла. Ему объяснили, что в свое время князь Бебутов был его адъютантом. Генерал-губернатор, учтиво приняв от хана письма, долго расспрашивал его о Персии, о тех, кого он знал по Кавказу и кто в Персии помнил его.
Затем хан нанес визит генералу Ртищеву, который с 1812 по 1816 г. был главноуправляющим, командовал войсками на Кавказе и много занимался персидскими делами. Именно при нем был заключен в 1813 г. Гюлистанский мирный договор между Россией и Персией по итогам войны, в которой Персия потерпела поражение. Хан отдал Ртищеву письмо Аббас-мирзы. На следующий день Ртищев нанес хану ответный визит.
Хан много внимания уделил осмотру зданий города Москвы, в том числе воспитательного дома, институтов и других. При проезде по равнинам России хану, привыкшему к горам, ничего не понравилось, кроме остриженных деревьев на дачах, чему он очень удивлялся. Но он никак не мог понять, как это регулярно делалось. В Москве, осматривая великолепный дворец, хан поминутно твердил об остриженных деревьях. Хан до приезда в Москву хотел пробыть там только несколько дней и, не ожидая жеребцов, отправиться в столицу. Но когда Бебутов напомнил ему о предстоящем выезде в столицу, хан неожиданно изменил свое мнение и решил дождаться лошадей. И даже после того, как лошади прибыли и их 20 ноября отправили в дальнейший путь, хан не торопился. Он захотел остаться еще на несколько дней в Москве с тем, чтобы выехать в Петербург в начале декабря, когда лошади приблизятся к столице. Все это время Бебутову приходилось организовывать для хана встречи с сановниками, посещать музеи, достопримечательные места.
Наконец к Новому, 1819 году хан прибыл в Петербург. Находясь в столице, он вошел во вкус. Осматривая город, хан очень удивлялся прямоте его улиц, красоте зданий, обилию воды. Хорошо зная город, Бебутов давал ему пояснения. Для хана также пришлось организовывать встречи с официальными лицами. Он часто посещал конюшню с лошадьми – подарок шаха российскому императору.