Читаем Подражание и отражение. Портретная гравюра в России второй половины XVIII века полностью

угловую свою и очень светлую и веселую гостинную комнату, по обитии ея обоями, убрать колико можно более картинами и установить оныя по стенам и простенкам, узорами. И как к сему потребно было, в прибавок к имевшимся у меня многим картинам, еще много, то и спешил я наготовить оных. А как, по счастию, случилось нам иметь в числе дворовых тамошних и одного изряднаго столяра, то и должен был он мне готовить для всех их по мере рамки, которыя потом я раскрашивал, золотил и украшал, как наставлял меня Бог на разум, и как приличнее и сообразнее было с сделанным для расположения всех их рисунком. А в том должны были помогать мне и все трое моих учеников и сотоварищей, которые вместе со мною в кабинете моем и жили[337].

Результат столь значительных трудов и стараний был особым поводом для гордости владельца:

А не гуляли у меня и кисти с красками. Сими успел я столь много раскрасить разных эстампов и картин, что в состоянии был убрать ими почти сплошь всю мою гостиную. И как все картины установлены были в узор, то все приезжающие к нам не могли довольно налюбоваться[338].

По-видимому, для владельцев легкий и увлекательный процесс превращения черно-белых образов в цветные был в том числе и замечательным способом побороть скуку, ибо являл собой «телесные труды, соединенные с просвещением разума», которые почитались «наилучшим к тому средством»[339].

Вероятно, желание дополнить цветом черно-белое пространство гравюры стало отголоском большего, чем прежде, разнообразия зрительных впечатлений и визуальных зрелищ, открывшихся жителям Санкт-Петербурга (неслучайно особенно часто иллюминировали именно гравированные виды). Например, в 1787 году ярким событием стал приезд в столицу живописца и механика Карла Еренслейна, демонстрировавшего публике изобретенный им «большой театр света». Как уведомляли «высокопочтенную» публику «Санктпетербургские ведомости», изобретение представляло собой машину, которая

не есть оптика или игралище Китайских теней, или другая какая кукольная игра, но совсем отменная и здесь еще не виданная Механическая машина, которая тем большаго заслуживает любопытства, что движения горизонта, земли, воздуха, воды и животных в настоящих их цветах представляет и при каждом представлении ландшафта, города, моря, леса и бури, приличныя к тому действия людей и животных изображает, чрез что любителям механики и живописи не малое доставляет удовольствие. В будущем объявлении будет показан день зрелища сея машины, которое назначено в театре Сухопутнаго Кадетскаго Корпуса, где и билеты от 9 часов утра до 5 часов полудня получать можно[340].

Порой владельческие дополнения были столь затейливы по форме и столь тесно переплетены с содержанием эстампов, что их внимательное изучение обнаруживает неожиданные нарративы, побуждая иначе взглянуть на знакомые произведения и по-новому оценить порождаемые ими смыслы.

<p>Claraque in Luce refulsit… Гравированный портрет великого князя Павла Петровича работы И. Э. Нильсона из собрания ГМИИ</p>
Перейти на страницу:

Все книги серии Очерки визуальности

Внутри картины. Статьи и диалоги о современном искусстве
Внутри картины. Статьи и диалоги о современном искусстве

Иосиф Бакштейн – один из самых известных участников современного художественного процесса, не только отечественного, но интернационального: организатор нескольких московских Биеннале, директор Института проблем современного искусства, куратор и художественный критик, один из тех, кто стоял у истоков концептуалистского движения. Книга, составленная из его текстов разных лет, написанных по разным поводам, а также фрагментов интервью, образует своего рода портрет-коллаж, где облик героя вырисовывается не просто на фоне той истории, которой он в высшей степени причастен, но и в известном смысле и средствами прокламируемых им художественных практик.

Иосиф Маркович Бакштейн , Иосиф Бакштейн

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Голос как культурный феномен
Голос как культурный феномен

Книга Оксаны Булгаковой «Голос как культурный феномен» посвящена анализу восприятия и культурного бытования голосов с середины XIX века до конца XX-го. Рассматривая различные аспекты голосовых практик (в оперном и драматическом театре, на политической сцене, в кинематографе и т. д.), а также исторические особенности восприятия, автор исследует динамику отношений между натуральным и искусственным (механическим, электрическим, электронным) голосом в культурах разных стран. Особенно подробно она останавливается на своеобразии русского понимания голоса. Оксана Булгакова – киновед, исследователь визуальной культуры, профессор Университета Иоганнеса Гутенберга в Майнце, автор вышедших в издательстве «Новое литературное обозрение» книг «Фабрика жестов» (2005), «Советский слухоглаз – фильм и его органы чувств» (2010).

Оксана Леонидовна Булгакова

Культурология
Короткая книга о Константине Сомове
Короткая книга о Константине Сомове

Книга посвящена замечательному художнику Константину Сомову (1869–1939). В начале XX века он входил в объединение «Мир искусства», провозгласившего приоритет эстетического начала, и являлся одним из самых ярких выразителей его коллективной стилистики, а после революции продолжал активно работать уже в эмиграции. Книга о нем, с одной стороны, не нарушает традиций распространенного жанра «жизнь в искусстве», с другой же, само искусство представлено здесь в качестве своеобразного психоаналитического инструмента, позволяющего реконструировать личность автора. В тексте рассмотрен не только «русский», но и «парижский» период творчества Сомова, обычно не попадающий в поле зрения исследователей.В начале XX века Константин Сомов (1869–1939) входил в объединение «Мир искусства» и являлся одним из самых ярких выразителей коллективной стилистики объединения, а после революции продолжал активно работать уже в эмиграции. Книга о нем, с одной стороны, не нарушает традиций распространенного жанра «жизнь в искусстве» (в последовательности глав соблюден хронологический и тематический принцип), с другой же, само искусство представлено здесь в качестве своеобразного психоаналитического инструмента, позволяющего с различных сторон реконструировать личность автора. В тексте рассмотрен не только «русский», но и «парижский» период творчества Сомова, обычно не попадающий в поле зрения исследователей.Серия «Очерки визуальности» задумана как серия «умных книг» на темы изобразительного искусства, каждая из которых предлагает новый концептуальный взгляд на известные обстоятельства.Тексты здесь не будут сопровождаться слишком обширным иллюстративным материалом: визуальность должна быть явлена через слово — через интерпретации и версии знакомых, порой, сюжетов.Столкновение методик, исследовательских стратегий, жанров и дискурсов призвано представить и поле самой культуры, и поле науки о ней в качестве единого сложноорганизованного пространства, а не в привычном виде плоскости со строго охраняемыми территориальными границами.

Галина Вадимовна Ельшевская

Культурология / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже