Пост_Тревога: книга-поддержка для тревожных людей

«Для объяснения неспособности тревожных пациентов воспользоваться естественными опровержениями гипотезы о когнитивных процессах предполагается функциональная и внутренне логическая связь между когнитивными процессами и поведением… Другими словами, человек, паникующий из-за убеждения, что катастрофа неизбежна, будет делать все, что, по его мнению, может предотвратить катастрофу. Человек, боящийся потерять сознание, сидит, а человек, боящийся инфаркта, воздерживается от физических упражнений и т. д. Таким образом, пациент не только испытывает немедленное облегчение, но и ненамеренно “защищает” свою веру в потенциальную катастрофу, связанную с конкретными ощущениями. Каждая паническая атака, вместо того чтобы рассматриваться как опровержение, становится еще одним примером того, как чуть не произошла катастрофа: “Я был близок к потере сознания столько раз: мне нужно быть осторожным, ведь однажды я не смогу предотвратить это”. Это означает, что трудности тревожных пациентов воспользоваться естественными опровержениями могут быть связаны с тем, что неслучившиеся катастрофы, вместе с охранительным поведением, не работают как опровержение и иногда воспринимаются как подтверждение “едва не случившейся катастрофы”»[53].

Так, наш Петя не перестал ездить на работу и не перестал пользоваться общественным транспортом. Хотя иногда, когда чувствует себя утром тревожно, все-таки едет на работу на такси, что, правда, влетает ему в копеечку. Но у Пети всегда с собой есть успокаивающие таблетки на случай, если ему станет плохо, и он стал избегать нагрузки – не ходит по лестнице, чтобы не учащалось сердцебиение, не пьет кофе. Петя также завел привычку мерить пульс и давление, чтобы «держать их под контролем». Все эти действия немного успокаивают его в моменте, но при этом поддерживают идею «я слабый, с моим организмом что-то не так».

Как охранительное поведение влияет на восприятие опасности, видно в следующем эксперименте с участием студентов.

Перед началом эксперимента зададим им два вопроса:

1. Насколько важно перед уходом из дома проверять, выключена ли плита?

2. Насколько опасно оставлять плиту невыключенной?

Дальше участников рандомно распределим на три группы.

Первая группа будет экспериментальная – ее участникам мы даем задание проверять, выключили ли они плиту, каждый раз перед выходом из дома определенное число раз (много).

Вторая группа сравнения – эти студенты просто отслеживают, проверяли ли они, выключена ли плита.

Третья группа контрольная – они страдают меньше всего, им никаких заданий не даем.

Потом отпускаем студентов на неделю с этими тремя типами заданий. Через неделю задаем те же два вопроса.

Каков результат?

Первая группа: убежденность в том, что нужно проверять плиту перед выходом, у них повысилась. Также у них значительно усилилось восприятие опасности не проверить плиту.

Вторая группа: убежденность в необходимости проверки плиты и опасности не проверять понизились.

Третья группа: ничего не изменилось.

Вывод: из-за того что студенты просто изменили свое поведение, изменились и их представления о мире. Если бы можно было представить, что мозг думает что-то сам по себе, он бы думал примерно следующее: «Если я проверяю плиту, значит, это действительно нужно делать и опасно не проверить!»

Чувствовать себя глупо неприятно никому, а мозгу и подавно. «Я проверяю плиту непонятно зачем», – когнитивный диссонанс, это плохо, неприятно. «Я проверяю плиту, значит, это зачем-то нужно», – спасательный круг мозга к приятному когнитивному соответствию.

Как это все влияет на тревогу? У студентов первой группы, которые вели себя так, будто кухонные плиты – источник повышенной опасности, однозначно повысилась тревога. То есть студентам дали установку на охранительное поведение, и из-за этого у них повысилось восприятие опасности[54].

После таких открытий терапевты стали стараться искоренить все виды избегания у клиентов. А клиенты в процессе терапии стали чувствовать стыд и вину, если им не удавалось испытать полноценную тревогу и отменить все виды избегания.

Однако дальнейшие исследования показали, что не все так просто с избеганием и иногда оно может быть полезным.

Избегание может быть нормальной реакцией, когда человек сталкивается с пугающей ситуацией и при этом эмоционально дистанцируется. Например, когда страдающий аэрофобией летит в самолете и при этом использует свои способы переключить внимание.

Второй вариант – избегание может быть полезным, когда оно добавляет ощущение контроля за ситуацией. Например, у человека арахнофобия. Мы начинаем уменьшать избегание и делаем экспозицию (про нее ниже) с пауком. Если человек может сам отдалить и приблизить паука в этом случае, это дает чувство контроля над ситуацией и помогает, а не мешает избавиться от страха[55], [56].

«Пусть панические атаки унесут в тайгу собаки». Как это лечить?

Если атаки происходят эпизодически, на фоне какой-то стрессовой ситуации, это может считаться нормой в рамках реакции на стресс.