Пост_Тревога: книга-поддержка для тревожных людей

«Вроде ничего такого не происходит, а я все равно в напряжении. Почему?»

В большинстве книг вы прочитаете объяснение с точки зрения классических теорий стресса.

Вот, например, определение Ричарда Лазаруса[83]: «Стресс – ситуация, при которой требования среды к человеку превышают его способности справиться с этими требованиями».

То есть стресс – результат каких-то неприятных или опасных событий. Это классическое понимание стрессовой реакции.

Мы в целом привыкли думать, что для стресса должны быть причина, стимул, триггер: накричал начальник – > активировался стрессовый ответ.

Логичное решение в таком случае – уменьшить количество стрессоров (орущих начальников), увеличивать силу и количество своих способов справляться с орущими начальниками (копинг-стратегии).

И это действительно так работает. Только похоже, что не всегда.

Есть случаи, и их немало, когда вроде нет никаких триггеров – никто не орет, ничего ужасного не случается, а хронический стресс тем не менее есть. Почему так происходит?

Обратимся к теории базовой небезопасности.

Ученые из Лейдена[84] попробовали объяснить природу и механизм хронического стресса, который происходит без каких-то очевидных триггеров.

Это получило название «Теория базовой небезопасности» (Generalised unsafety theory of stress), один из ведущих ее авторов – Йос Броссчот из Университета Лейдена, Нидерланды.

Согласно этой теории, режим готовности реагировать на опасность у нас включен по умолчанию. И если мы чувствуем себя спокойно, это значит, что мозг подавляет эту реакцию.

Почему-то считается, что по умолчанию мы чувствуем себя в безопасности, и должно что-то случиться, чтобы мы испытали стресс. А возможно, такая причина вообще и не требуется, достаточно того, что сигналы безопасности нами не считываются и префронтальная кора перестает подавлять режим готовности.

Как ни странно, такая система – более энергоэффективная и быстрая, чем запуск и остановка реакции на стресс в ответ на стрессоры.

С точки зрения сохранения энергии для мозга дешевле постоянно подавлять реактивность отделов, отвечающих за опасность, чем включать их по запросу.

Когда префронтальная кора убирает это торможение, стрессовая реакция выходит на поверхность. Это нейробиологический принцип «отпустить лучше, чем запустить или включить».

Похожим образом подавляется иммунная реакция (аутоиммунные заболевания – нарушение этого механизма), голод. Даже когда мы двигаемся, то больше подавляем импульсы, чем запускаем их.

Убрать торможение быстрее, чем включить. Эволюционно наша психика работает по принципу «лучше перебдеть, чем недобдеть», так как те, кто следовал этому принципу, выжили и передали свои гены потомкам. Если психика все время активирована, меньше шансов, что она не запустится в самый нужный момент. А реагировать на стресс нам нужно быстро и надежно.

Таким образом, начиная с рождения, человеческие детеныши постепенно обучаются сигналам безопасности и подавлению стрессовой реакции и продолжают учиться этому дальше всю жизнь, хоть уже и не так интенсивно, как в молодом возрасте.

То есть начальник может не орать, муж не изменять, публичное выступление не маячить на горизонте, а человек все равно хронически в стрессе.

Почему?

1. Он плохо обучился подавлять свой стрессовый ответ (такое обучение происходит во внутриутробный период и в раннем детстве).

2. Во внешней и внутренней среде недостаточно сигналов безопасности, опираясь на которые мозг дал бы команду «выкл.».

Это можно представить себе как сторожа в древние времена, который ходит по городу и кричит: «Все в порядке! Можете спать спокойно!» И если люди его слышат, они ложатся спать, если нет, то стерегут и ждут опасности.

Следствие теории базовой небезопасности – для снижения зловредных эффектов хронического стресса нам нужно спросить не что вызывает стресс, а что тормозит реакцию.

Эти процессы торможения-отпускания реакции стресса происходят на уровне ниже порога осознавания. И формируются в довербальные периоды жизни, поэтому у нас нет к ним прямого доступа.

Часто состояния хронического стресса поддерживаются в отсутствие стрессоров как таковых и вызваны недоступностью доменов безопасности.

Итак, что же это за сигналы безопасности?

Сигнал 1. Люди (но не все)

Даже дрозофилы умирают от одиночества, что уж говорить про людей.

Социальная изоляция – форма пассивного стрессора окружающей среды, который изменяет поведение у живых существ, включая человека, грызунов и мух. Известно, что социальная изоляция увеличивает агрессивность, нарушает сон и повышает уровень депрессии, что приводит к плохому психическому и физическому здоровью. Недавние данные исследований предполагают, что следствие социальной изоляции – изменение эпигенетического ландшафта, что, в свою очередь, влияет на поведение. У мух дрозофил исключение из группы приводит к ранней смертности[85].